В ту ночь русская армия (в ночь с 26-27 апреля 1920 г.) начала медленно заполнять столицу (г. Баку – столица Азербайджанской Республики).
Проживавшие в городе армяне и русские ликовали. Армяне ещё не одумались и, насколько нам было известно, намеревались повторить Мартовскую трагедию. Русские же были весьма довольны тем, что добрались до драгоценного богатства — азербайджанской нефти. Недовольны и опечалены были лишь мы, тюрки.
Радовалась и жена одного русского инженера, который, сбежав от российской смуты, нашел убежище и работу в Азербайджане… Они жили в доме напротив нас.
Увидев меня, женщина сказала:
«Как хорошо, русским сапогом запахло!»
За эти слова я вонзил бы кинжал ей в живот, но, увы, это была женщина… Не сказав ни слова, я прошел мимо. Да! Русский сапог снова топчет нашу Родину, и русское нашествие грозило окрасить наш край кровью…
Но Бог велик! Он даровал и мне мгновение радости.
Однажды, спустя немалое время после оккупации, одна русская организация искала здание для размещения. В этот момент они сочли подходящим дом того самого русского инженера, где жили только муж с женой, и тут же заселились, выбросив их обоих на улицу…
Пока женщина с тоской и растерянностью наблюдала за этим, я тоже взял грех на душу, но что поделать, не смог сдержаться:
— Ну как, госпожа, пахнет русским сапогом? спросил я.
Женщина не рассердилась. Она поняла, что я прав. В тот миг она не знала — плакать ей или смеяться…
Из воспоминаний Азиза Алпоуда, азербайджанского публициста, главы железных дорог Азербайджанской Республики в 1918–1920 гг., члена азербайджанской эмиграции.