Сашка с рождения был маленького роста. В школе на линейке он был самым последним, даже все девочки были выше. Поэтому школу Сашка терпеть не мог, его там дразнили.
В младших классах у них очень часто менялась учительница и они были, как беспризорники.
Да и потом, в старших, их русичка, прищурив глаза в очках с толстыми линзами, вызывала Сашку именно тогда, когда он был не готов, хотя это было крайне редко. Зато тогда, когда Сашка тянул руку, зная ответ, русичка его словно не замечала.

• Алла Викторовна! – как то в отчаянии крикнул Сашка, тряся высоко поднятой рукой. Но русичка посмотрела сквозь Сашку, словно он был прозрачный, и вызвала Серёжу Приходько, тихоню и отличника. В очередной раз проигнорировав, а может и правда не увидев самого маленького ученика в классе.
  А историчка, рассказывая о роли личности в истории, всегда смотрела на крупного Андрея Шапкина и плечистого здоровяка Игоря Слезина. Словно считала, что только такие личности могут оставить в истории след.
  В итоге в начальных классах любимым уроком у Саши была физра. Здесь ему не было равных, ведь каждый раз Саша словно бился за свою маленькую жизнь. Первый раз оседлав коня, которого он не смог перепрыгнуть под общий хохот, Саша неделю оставался после уроков и шёл в спортзал.
  Он настырно, несмотря на неудачи, разбегался и … в который раз опять оказывался верхом на коне, так его и не перепрыгнув. Физрук молча крутил головой – не отбил бы чего! Но молчал, ходил, собирая инвентарь, или сам подтягивался, одновременно наблюдая за парнем.
  А Саша разбегался опять и опять, пока конь наконец-то не оказался позади него. Повергнутый, побежденный и пристыженный.
  Это придало Саше сил и дало ему импульс уверенности в себе пожалуй на всю его жизнь.
  Физрук теперь на уроках шутил,
• Ну ка, первый с конца, на канат быстро-о-о, марш! Давай, Сашок, давай, покажи класс. Вот, смотрите, остолопы и лентяи! Да вы все мелкие и слабые перед ним, а ну, Сашок, а теперь давай подтягивайся! Ну что, видали? О как надо!
  В старших классах Сашка полюбил математику и физику. Теперь он стал для некоторых очень даже интересен – мог дать списать домашку. А ещё у Саши появились друзья – второгодник Сережа Титов и новая девочка Нина Измайлова.
  Серёга не просил списать, он был не такой как все. Иной раз приходил с фингалом под глазом, а однажды Саша увидел, как Серёга вел из детсада двоих мелких. Серёга остановился поправил им шапки и заботливо завязал шарфы. Увидев Сашку хотел отвернуться, но Саша подошёл первый,
• Здорово, твои что-ли?
• Ну да, вроде, – смутился Сережа, – братан и сеструха. Миха и Таня. Мамка замуж вышла, вот теперь помогаю, из сада забрал, домой веду.
• А папка пьяный? Да? – дёрнул Серёжу за руку Миша, – Спит или нет? А мамка где?
• Молчи, что орёшь! – оборвал брата Сергей, ещё больше смутившись. А потом вдруг расправил плечи, и с вызовом, – А что? Ну да, отчим мой пьёт и бьёт меня! Он даже своих детей Миху и Таньку может треснуть, да! А я ему никто, а тебе то какое дело? – вот такой вид был у Сереги.
• Пойдем, провожу, – Саша сам себе удивился. Он взял руку Тани в варежке и добавил, – Хочешь уроки вместе сделаем?
• Сам сделаю, – буркнул, не глядя, Серёга, но Саша словно не слышал, – Идём, там не сложно, вместе быстрее разберемся!
  С этого дня учителя очень удивлялись – как же это вчерашний второгодник смог так учебу подтянуть, чудеса, да и только! А Саша и Сергей стали друзьями закадычными, не разлей вода!
• Что зачастил, нечего тебе тут делать! – однажды, когда Саша шёл к другу, из-за угла их дома вышел отчим Сереги с дружками. Один из них зашёл сзади и в обхват схватил парня. Но тут из подъезда выскочил Сергей и с криком налетел на отчима и обидчиков. Саша и Сергей встали спина к спине, двое против пятерых взрослых мужиков! Хорошо соседи шум услышали, вызвали полицию.
  Всех скрутили, разобрались и парней отпустили. Мать Сереги, узнав, как дело было, тут же подала на развод, кончилось её терпение. Не хотела раньше она верить, когда дети на отца жаловались, всё ей казалось, что дети врут, преувеличивают, должен же отец их воспитывать.
  Когда Нина Измайлова в их классе появилась, её не приняли, смешную и такую нескладную. Выше многих парней, тощая, некрасивая. Парни её игнорировали, девчонки за спиной смеялись. А Саша стал с ней общаться, поначалу, если честно, из жалости. Он ведь и сам когда-то был изгоем!
  Нина Измайлова была очень худая и выше Саши на пол головы. Прямые тонкие волосы закрывали её лицо, когда она, говоря что-то, наклонялись к Саше. Оказалось, Нина тоже любит математику. А ещё у нее синие умные глаза и длинные ресницы, Сашка, неожиданно для себя был покорен и влюбился в Нину. Он уже не считал её некрасивой и длинной, Нина была прекрасна.
  Сашка даже не заметил, как в выпускном классе он совсем неожиданно вырос. Даже Нина теперь была ближе, он мог смотреть ей прямо в глаза. И однажды не удержался и поцеловал её.
  Может от любви, а может просто время пришло, но после окончания школы Нина расцвела, как диковинный цветок. Она хотела стать актрисой и даже поступила, но потом передумала и стала детским врачом. А театральная студия стала её увлечением.
  Но главное – Нина стала женой Саши. Самого умного, доброго, надёжного человека, таких больше нет на всём белом свете.
  Саша достиг больших высот – он инженер-конструктор ракетно космических двигателей.
  Но он никогда не забудет тех, кто поддержал его в нужную минуту. Физрука, который верил в него и заставил Сашу поверить в себя. Серёгу, лучшего друга. И многих других хороших людей, что встречались на его пути.
  На очередном юбилее за большим столом на дачной веранде большая семья и их близкие друзья еле еле поместились.
  Рядом с Сашей сидела Нина. С годами она стала ещё красивее, казалось время над ней не властно. А дальше – сыновья Денис и Вадим с женами Настей и Ириной, два внука – Славик и Леша и внучка Сонечка. Первым, как обычно, взял слово громогласный Серёга Титов – верный школьный друг и товарищ на всю жизнь.
  Его жена, улыбаясь, смотрела то на Сергея, то на Сашу – вот что делает дружба настоящая! Это ведь благодаря Саше Сергей выучился, да в люди вышел. Уж сколько лет Сергей начальник цеха на заводе. Да и Саше Сергей помог однажды, спас от верной беды, ну а как ещё.
• Санька, я говорить долго не люблю! За тебя, друг, за тебя, брат! Когда рядом такие люди, начинаешь верить в добро, во что-то настоящее … , – Сергей такой большой, неуклюжий, неожиданно засмущался,
• В общем, будь здоров, лучший друг мой, Санька! – и Сергей и Саша обнялись под шумные аплодисменты.
• Слышала, как про нашего деда Сашу все говорят? – Вадим легонько пнул под столом Соню, – Я вот вырасту – буду такой же, как дед. Самый лучший друг и лучший муж буду, – и Вадим положил себе на тарелку ещё обалденно вкусного бабушкиного салата.
• На Дарьяне что-ли женишься? – прыснула Соня, и тоже тихонько пнула под столом в ответ брата, чтобы не задавался.
• Может и на Дарьяне, я пока не решил, – строго ответил Вадим. Тут все опять зашумели – Нина встала, обвела всех любящим взглядом, потом опять обернулась к мужу,
• За лучшего человека в моей жизни, за моего любимого мужа! – голос её утонул в аплодисментах и первых аккордах их любимой песни Владимира Кузьмина:
• “Ты – сказка моей жизни,
  Сон наяву, я для тебя живу…”
  Автор: Инет
• Первоисточник : Женский Журнал
• Mustafa Müseyiboğlu adına kitabxana
• “ƏDƏBİ OVQAT” JURNALI PDF
• “YAZARLAR”  JURNALI PDF
• “ULDUZ” JURNALI PDF
• “XƏZAN”JURNALI PDF
• WWW.KİTABEVİM.AZ
• YAZARLAR.AZ
• ===============================================
• <<<< WWW.YAZARLAR.AZ və  WWW.USTAC.AZ >>>> 
• Əlaqə: Tel: (+994) 70-390-39-93   E-mail: zauryazar@mail.ru

-Молодой человек, извините пожалуйста,но вы уже столько времени разглядывайте витрину, не можете определиться? – спросила Лена у покупателя. Парень замялся – Понимаете, ищу кольцо для любимой девушки, но средств не хватает – Лена мягко поинтересовалась – А какой суммой вы располагаете?- Он покраснел – Десять тысяч –
Лена улыбнулась – Тогда вы не там смотрите. Вон в том стеллаже, кольца подешевле, но и качество конечно не то – Парень воскликнул – Да вы что? Моя Лариса никогда подобное не оденет. Она знаете какая? Утонченная, тонкая, изящная. Ей обязательно надо с камнем и желательно бриллиантом – Лена задумалась – А знаете что? Есть у нас изделия с небольшим браком. На витрину мы их не выкладываем. Подождите секунду – Она вышла в подсобку, а парень остался ждать.

• Вот, смотрите – Лена открыла коробочку. Изящное колечко с небольшим бриллиантом засверкало у нее в руке. – Тут видите, лапка сломана и на камне еле заметная пустота . Но оно все равно стоит больше ваших десяти тысяч – Парень загрустил – Видно не судьба- и сгорбившись пошел к входу.
  И тут Лена его окликнула – Подождите- Он вернулся . – Я тут подумала, все таки Новый год, время чудес. Если вы мне обещаете, что первого января принесёте ещё шесть тысяч, я вам его сейчас и отдам – Парень обрадовался – Конечно найду. Спасибо вам – и посмотрел на бейджик – Елена . А меня Антоном зовут. Давайте обменяемся телефонами и мне наверное надо расписку написать ?- Лена махнула рукой – Я вам верю, Антон. Не думаю, что вы меня обманете . Сейчас я вам его упакую красиво и дарите его невесте-
  Антон долго благодарил отзывчивую продавщицу, на что она с улыбкой сказала – Желаю вам счастья в Новом году вместе с Ларисой –
  Антон радостный ушел , а Лена загрустила. У нее в эту Новогоднюю ночь никаких сюрпризов не придвидится. Ее бывший, Андрей, бросил ее неделю назад. Он был заводным, весёлым, а она спокойной и рассудительной. В начале их отношений они каждый вечер к кому-то ходили , тусили, как выражался Андрей. Лену уже после пятого похода в гости , это утомило. Сколько раз она просила – Давай посидим дома. Я ужин приготовлю. У меня и так ноги на работе устают, а ещё эти вечеринки – Он раз посидел, второй и назвав ее скучной старухой, хлопнул дверью.
  Так что сегодня она под ёлочкой и с бокалом шампанского загадает желание и посмотрит какой-нибудь старый фильм перед сном.
  Антон с радостью приподнес кольцо Ларисе. Та захлопала в ладоши и с чувством чмокнула его в щёчку – Спасибо, дорогой. Я сейчас. А ты пока приготовь бокалы, за это нужно выпить по глотку шампанского –
  Держа бокалы в руках Антон застыл у дверей комнаты. Лариса ворковала по телефону – Да, представляешь, колечко с брюликом. Не ожидала от него. Он же нищий студент. По розе таскал, а тут видимо накопил. Помолвка? Да ты что? Он и я? Самой не смешно? К вам на вечеринку? Хотелось бы, но не могу. Надо же этого нищеброда отблагодарить. Поди полгода ещё голодать будет. Ха-ха. Ой , дверь хлопнула. Пойду посмотрю. Антошенька, ты где? Представляешь, ушел. Ну и ладно. Значит к девяти я у вас. Заодно и колечко покажу. Чмоки, чмоки –
  Антон шел по улице и вытирал предательские слезы. Как она могла? Он же любил ее, боготворил, а она? Он для нее нищеброд. Ну да, он студент. Но он подрабатывает в хорошей фирме. Кстати сегодня начальник его похвалил и сказал, что его ждёт повышение. Жил он правда в коммуналке. Из соседей две семейные пары с детьми, да баба Нюша, одинокая и бездетная женщина.
  Ее то он и встретил , когда зашёл в квартиру. – Антошенька, что с тобой? Бледный какой-то. Не заболел? А ну пойдем ко мне, я тебе давление смерю – И не слушая его возражений, повела его как маленького за руку к себе.
  Убирая аппарат, она сказала – Со здоровьем порядок. Значит сердечные проблемы, да Антошенька?- И он не выдержал и расплакался. – Поплачь, легше станет – гладила она его по голове. Когда он успокоился , она налила ему чая – А теперь рассказывай – Антон, уже стыдясь своей слабости, все ей рассказал.
  Она пожевала губами – А деньги то у тебя есть, чтобы Елене отдать?- Антон замялся – Я хотел у отца спросить, но думаю не даст. И так кричит, что я с его шеи до сих пор слезть не могу. Он вообще , как с этой Ириной стал жить, после ухода мамы, изменился очень. Я только спросить что-нибудь хочу, а он уже кричит . Продам что-нибудь или у друзей займу-
  -Ну , милок, это зряшное дело. Друзья то поди все свои запасы растрясли на подарки и на праздник. Вот , возьми – и она из шкатулки достала купюры. – Баба Нюша, да вы что? Не надо. Я сам – отнекивался он. – Бери, я сказала. Пенсия у меня хорошая, тратить не на кого. Потом отдашь – Антон взял купюры – Но здесь больше – Баба Нюша усмехнулась – А букет девушке? Поблагодарить и не спорь. И вот ещё. Есть у меня колечко. Непростое. Если чувства искренние, оно становится горячим. Мне его прабабушка подарила. Благодаря ему я была счастлива со своим Трофимом. Жаль , что передать ему некому, детей у нас не получилось родить. А все война треклятая –
  -Алло. Елена? Это Антон. Который у вас кольцо покупал. Хочу вам деньги отдать, чтобы долги на Новый год не оставлять. Я ненадолго. Только отдам и уйду. Можно? Говорите адрес –
  Лена заметалась по комнате. Боже мой, как она выглядит. Прически нет, макияжа тоже. И платье? Какое платье одеть? Она судорожно перебирала свои наряды, а потом спохватилась. Он же не на свидание к ней идёт, а просто деньги отдать. Но лахудрой тоже встречать не хочется. Она подкрасила губы, одела миленькие домашнее платье и достала шампанское.
  Прозвенел звонок и она вскочила. Взгляд упал на бутылку. Нелепость какая , фыркнула она про себя и убрала ее с глаз долой.
  Открыла дверь и задохнулась от восторга. Антон стоял с букетом алых роз. – Проходите, Антон – пригласила она. Он прошел в прихожую . Засуетился. Одной рукой стал шарить в кармане , достал кольцо – Поддержите, пожалуйста – и следом достал деньги – Вот. Спасибо вам большое – И тут Лена вскрикнула – Какое у вас кольцо горячее – и отдала ему, дуя на ладошку. Он машинально взял его обратно и удивился – И правда горячее – Положил его в карман и только тут заметил , что букет до сих пор у него в руках.- Простите, я такой неуклюжий. Это вам –
  -Спасибо – улыбнулась Лена и стеснительно спросила – Вы торопитесь? Может чая?- Он улыбнулся в ответ – С удовольствием, все равно никуда не тороплюсь – Лена подняла брови – А Лариса?- Он ухмыльнулся – А никакой Ларисы в моей жизни больше нет! А в коммунальной квартире, баба Нюша глядя на портрет мужа , сказала – Это последний мой подарок к Новому году, хорошим людям. Теперь жди меня, Трофимушка, скоро рядом будем .
  Автор: Землянин Ф.

Женский Журнал

Первоисточник : Женский Журнал

Mustafa Müseyiboğlu adına kitabxana

“ƏDƏBİ OVQAT” JURNALI PDF

“YAZARLAR”  JURNALI PDF

“ULDUZ” JURNALI PDF

“XƏZAN”JURNALI PDF

WWW.KİTABEVİM.AZ

YAZARLAR.AZ

===============================================

<<<< WWW.YAZARLAR.AZ və  WWW.USTAC.AZ >>>> 

Əlaqə: Tel: (+994) 70-390-39-93   E-mail: zauryazar@mail.ru

Настя

Настя искала комнату по объявлению. В город она приехала с областного поселка к своей подруге, чтобы устроится на работу и устроить свою личную жизнь. Подруга обещала сдавать ей комнату минимум на год, но кто же застрахован от любви? В общем, когда хозяйка привела в дом парня и они все время старались уединиться, Настя поняла – она здесь третья лишняя. Можно пока снять комнату, а потом и квартиру – шеф сказал, что через пару месяцев поднимет зарплату.
Настю заинтересовало одно объявление: «Сдается комната дешево молодой девушке до 25 лет, предположительно на месяц, а там – как сживемся. Капризных и вредных прошу не беспокоить!». Ух ты, а цена какая низкая! Странно, в чем подвох? Настя набрала номер телефона.
-Алле, – голос старческий, но бодрый.

• Добрый день, я по объявлению! – сказала Настя. – Мне нужно снять комнату.
• А ты внимательно читала объявление? Ты не вредная? – спросила старушка. – Если так оно и есть, то приходи на собеседование.
  Так, понятно. Бабуля выживет из ума, скорее всего больная, значит, начнется – ножки болят, сбегай в аптеку, приготовь кушать, прочитай мне на ночь сказку и так далее. Сиделку себе захотела дармовую, да чтобы и ей еще платили! Не на ту нарвалась! А может все же сходить, посмотреть, что да как? Всегда можно отказаться, за спрос деньги не берут. Настя пошла на собеседование, все же цена была заманчивая.
  Дверь ей открыла невысокая старушка. «Ну надо же! – подумала Настя. – Это же настоящая бабушка Сирануш, которую Галустян изображал в КВНе только без бороды! Надо же, как похожа!». И действительно, внешность похожа, такая же шаркающая походка, фигура, темперамент да и халат пестрый в цветочек. Говорила она с легким акцентом, ни то с одесским, ни то с еврейским, ни то еще каким-то.
• У меня трехкомнатная квартира, – сказала старушка и зашаркала по коридору. – Вот кухня, вот моя комната, вот в этой комнате живет жилец уже неделю, молодой парень, а эта комната пустая, как раз для тебя.
  Ничего себе – пустая! Отличный ремонт, солнечная сторона, светлые обои, мягкий диван, шкаф для вещей и приятный бонус – туалетный столик, чтобы утром приводить себя в порядок. Все чисто, на подоконнике горшочки с цветами, несмотря, что уже ноябрь месяц.
• А почему же так дешево? – удивилась Настя.
• А это зависит от того, сдам я тебе эту комнату или нет! – сказала старушка и повела ее на кухню, на собеседование.
  Прежде всего, она внимательно проверила паспорт. Потом стала выспрашивать, кто у Насти родители, какое образование, где живет. Старушка смотрела на нее очень пристально, поэтому Настя несмела соврать. Похвастаться было нечем – сама она из многодетной семьи, училась в колледже, работает поваром в кафе, пока стажером, но мечтает стать шефом.
• Ты знаешь, Настенька, ты мне подходишь! – улыбаясь, сказала старушка. – Зовут меня баба Фаня. Хоть мне и 81 год, здоровье у меня как у молодухи. Можешь у меня жить хоть с сегодняшнего дня. Могу переложить тебе полный пансион – готовить буду сама, плата только за продукты.
  -Да нет, спасибо, я сама хорошо готовлю, – ответила Настя.
• Вот и хорошо! – сказала баба Фаня. – А жилец у меня на пансионе, не жалуется. Ну давай, обживайся тут.
  К вечеру, когда Настя переехала, с работы пришел жилец – молодой парень по имени Алик, старше Насти всего на два года. «Какой симпатичный! – подумала Настя. – Как же я буду при нем по утрам в туалет ходить в одной квартире, неудобно как-то». Оказалось очень просто – парень уходил на работу в офис в 8 утра, а Насте надо было уходить к 12-ти, даже этот тонкий вопрос легко решился.
  Спустя пару дней Алик с Настей совсем подружились – у них нашлись общие темы и интересы. По вечерам, уходя из дома, они прогуливались по зимнему городу, забегали в кафешки, ходили в кино, целовались на последних рядах. Их бешено тянуло друг ко другу, но плотских отношений они себе не позволяли – дома всегда была чуткая баба Фаня, а встретиться наедине больше было негде. Не хотелось разочаровать добрую бабу Фаню, поэтому вели себя прилично.
  Приближался Новый Год. Баба Фаня попросила отметить праздник по-семейному, в тесном кругу, не бросать ее, одинокую. Но за три часа до боя курантов ей кто-то позвонил, она засуетилась, сказала, что ее вдруг приглашает встречать Новый Год какая-то подруга, с которой она много лет была в контрах, собралась и ушла. Настя с Аликом даже обрадовались такому повороту событий. Была ночь, прекрасная и нежная. Влюбленные решили, что им надо жить вместе, а потом еще пожениться. Быть может, баба Фаня оставит их жить в одной из комнат? Об этом они сказали бабе Фане, когда наутро она пришла домой.
• О, нет, ребята…

Женский Журнал

Первоисточник : Женский Журнал

Mustafa Müseyiboğlu adına kitabxana

“ƏDƏBİ OVQAT” JURNALI PDF

“YAZARLAR”  JURNALI PDF

“ULDUZ” JURNALI PDF

“XƏZAN”JURNALI PDF

WWW.KİTABEVİM.AZ

YAZARLAR.AZ

===============================================

<<<< WWW.YAZARLAR.AZ və  WWW.USTAC.AZ >>>> 

Əlaqə: Tel: (+994) 70-390-39-93   E-mail: zauryazar@mail.ru

Настоящий мужчина

• Девчонки! Я замуж выхожу!!! – закричала Полина, как только вошла в институт и увидела около раздевалки своих подружек. Но на ее счастливый крик обернулись не только подруги, но все студенты, которые были внизу.
• Как замуж?! Уже? За Кирилла Андреевича?! – растерявшись и на время потеряв дар речи, спросила одна из подруг.
• Замуж! Замуж! За Кирилла!!! Ну, за Андреевича! – светясь от радости, подтвердила девушка.
• Когда ты узнала, что замуж выходишь? – спросила другая подруга, а потом, сообразив, переформулировала вопрос – В смысле, когда он тебе предложение сделал?
• Прям сейчас и сделал! Пока в институт ехали!!! – сияя, рассказывала Полина. – Он на лекцию поехал во второй корпус, а я сюда, к вам, девчонки!!! Как я вас люблю!! – Полина обнимала растерянных подруг, сама до конца не особо осознавая свалившееся на нее счастье. – Девчонки, я на пары сегодня не пойду – голова вообще о другом думает! – мечтая, проговорила она.
• Понятно, о ком голова твоя думает – серьезно ответила ей одна из подруг. – Круто, конечно. Поздравляем тебя! – заключила она.
• Девчонки, вы что, не рады?! – удивилась Полина, готовясь расстроиться.
• Почему?! Рады! – в один голос ответили подруги.
• Просто, Поль… Ты пойми… Встречаться с преподавателем, который старше тебя на 20 лет – это странно, но ладно. Но замуж за него идти – ну перебор! У него дочка, Маша, на 1 курсе физмата учится, на 4 года моложе тебя! – сказала одна из подруг.
• А рожать от него как?! – тихо спросила вторая подружка. – А если ребенок родится больной? Кирилл Андреевич же старый! – шепотом добавила она.
• Какой он старый, вы чего, девчонки?? Ему всего 42! И он еще ого-го-го-го! – обидевшись, ответила Полина. – Я думала, вы за меня порадуетесь, а вы облили его грязью! А он, между прочим, ни слова плохого о вас не сказал! И “автоматом” обещал поставить экзамен нам всем! – с укором говорила Полина. – А про ребенка – все хорошо у нас будет! Неоткуда болезни взяться! Кирилл здоровый, я – здоровая, и малыш будет здоровенький! Я все анализы сдала – все хорошо у нас! – шепотом договорила Полина.
• Ты чего??? Еще и беременная?? – широко открыв глаза, спросила подружка.
• Да!!! Блин, девчонки, от вас ничего не скроешь! – засмеялась Полина. – Позавчера тест сделала! Пять недель!!! Я уже анализы сдала – все хорошо у нас! – заключила она со слезами счастья на глазах.
• Блииин!!! Полька! Поздравляем тебя, дорогая!!! – подружки плакали от умиления и обнимали свою подружку. – Вот почему Андреевич предложение сделал, да? – спросила другая подружка.
• Кать!! Ну ты что?! – обиделась Полина. – Он любит меня! И ребенок тут вообще не при чем!
  В это время прозвенел звонок на занятия. Подружки схватили свои сумки и быстро стали прощаться с Полиной:
• Дорогая, мы побежали! Сейчас социалка – если опоздаем, Киса не пустит в аудиторию – сама ее знаешь!
• Ооо, да! Киса – дело серьезное! Пока, девчонки! Люблю вас! Увидимся! – подружки быстро обнялись и побежали вверх по лестнице в аудиторию, а счастливая Полина пошла на улицу.
  Через месяц сыграли свадьбу. Красивую, но скромную. Пригласили только родителей Полины и ее трех подруг, а Кирилл Андреевич был с единственным другом – преподавателем, по совместительству – приятелем с его институтских времен. Его дочь от первого брака, Маша, категорически отказалась принимать участие в “этом фарсе”, как она назвала свадьбу своего отца, а пожилые родители наотрез отказались принимать Полину, и так же проигнорировали свадьбу.
  Кое-как сдав государственные экзамены на 5 месяце беременности, Полина получила диплом о высшем педагогическом образовании с присвоением специальности “Учитель английского языка”, и с ним в обнимку ушла в декрет.
  А вскоре родился Марк. Хорошенький, милый малыш, похожий на ангелочка с рождественских открыток. И Кирилл Андреевич обрел вторую молодость! Он нянчил сына, играл с ним, помогал жене по дому, устроился еще в один институт для подработки – и даже подружки Полины, которые в отсутствие Кирилла Андреевича дома приходили к ним гости и поначалу шептали на ухо Полине какие-то колкости про мужа, постепенно сменили гнев на милость и сошлись на мнении, что он и правда хороший муж и отец.
  Прошло три года, Марк рос озорным веселым малышом, пошёл в детский сад. Полина впервые вышла на работу в школу – учителем иностранного языка, но через пару месяцев стала замечать, что сынок стал вялый и бледный. Воспитатели в садике это тоже заметили. Понаблюдав за состоянием сына еще неделю, Полина пошла с Марком в больницу.
  Сдали анализы… И началось. Одно обследование сменялось другим, другое сменялось третьим, из одной больницы они шли в другую, и в областной клинической больнице другого города Полине озвучили диагноз сына – рак.
  Как они с Марком доехали до дома, она не помнит. В голове только одна мысль – не реви при сыне!!! Не смей!!! Проглоти язык, запихни слёзы куда угодно – только при нем ни звука, ни слезинки!!! И полтора часа Полина молчала, даже выдавливая из себя иногда улыбку для сына, а около дома хватило у нее сил купить для сынишки его любимый комикс. Придя домой и встретив на пороге мужа, который ничего не знал, Полина не подала вида, что ей надо что-то ему сообщить.
  Быстро покормив сына и уложив его спать, она молча взяла большую подушку в руки, так же молча взяла мужа за руку, вышла с ним на балкон, закрыла за собой балконную дверь, дала мужу в руки медицинское заключение сына, а сама села на корточки, зарылась лицом в подушку и зарыдала. Рыдала до рвоты, не давая крику выходить за пределы подушки, каталась по полу, растирая себе грудь мокрой от слез рубашкой. А Кирилл Андреевич сидел рядом и смотрел невидящим взглядом куда-то перед собой…
  А потом начались месяцы ужаса: срочные поиски благотворительных фондов, волонтеров, медицинских центров, рассылки тысяч писем с просьбами оказать финансовую помощь, рассылка сотен писем по всем лечебным учреждениям мира, которые занимались лечением таких случаев, как у их сыночка. Кирилл был рядом. Был тихо, скромно, принося домой зарплату, пытаясь как-то успокоить жену.
  А потом Полина с Марком стали уезжать из дома на лечение. Ездили то в Москву, то в Санкт-Петербург, потом стали летать за границу. И не заметила Полина, как исчез Кирилл из их с сыном жизни.
  Не заметила, как он стал реже звонить, когда их не было дома. Не заметила, когда вообще эти звонки прекратились.
  Все это время Полина боролась за сына, за его жизнь. Она почти не спала и не ела. За первый месяц болезни ее густые светлые волосы заметно поредели и местами стали пепельного цвета без всяких красок. А потом она их вообще остригла – в знак поддержки сыночка, когда его в больнице побрили налысо. А еще она лежала вместе с ним на капельницах, держа холодные тонкие ручки в своих, целуя их и обливая тихими слезами, или не спала ночами, когда сынок кричал от боли или от побочных действий лекарств. Она брала его на руки, еле держась на ногах, заворачивала в одеяло, и ходила с ним по палате. И сын успокаивался и засыпал. Когда она пыталась его положить не кровать, падая от усталости и тяжести малыша, несмотря на его худобу, он просыпался и снова кричал. И Полина тут же хватала его снова на руки, не замечая смертельной усталости…
  И вот однажды приехали они с Марком домой. Светило солнце, пели птицы – Полина впервые за два года услышал их пение.
  Марк был в ремиссии.
  Открыла дверь квартиры своей бабушки, в которой они жили с мужем, и поняла, что мужа нет. Уложив сына спать, позвонила Кириллу на мобильный, а он неожиданно ответил:
• Кирилл, привет. Ты где? – сухо спросила Полина.
• Полечка… Я не приду… – заискивающе ответил Кирилл Андреевич.
• Почему? – Полина даже не удивилась.
• Знаешь… У тебя так хорошо получается заниматься с Марком… Он у тебя такой молодец – подбирая слова, заминался Кирилл Андреевич.
• У меня молодец?! А у тебя – не молодец? – горько усмехнулась Полина.
• Полечка… Вот я хотел у тебя спросить… Давно уже хотел… А ты уверена, что Марк – наш с тобой сынок? – осторожно спросил Кирилл.
• Ты думаешь, мне его подменили в роддоме??? – щеки Полины начинали покрываться кровавым румянцем.
• Нет, Полечка! К роддому вопросов нет… Я вот думаю… А мой ли сынок – Марк… Мне Машенька сказала, что ты до меня со своим однокурсником, Андреем Ивашиным, встречалась. А я навел справки – у него отец от рака в прошлом году умер. Вот тут и совпадает. А у меня никого в роду от этой болячки не умерло… Может, так нечаянно случилось, что Марк – это сынок не мой? – приторно – слащавым голосом выкручивался Кирилл Андреевич.
• Ааа! Машенька сказала… Значит, просто больной ребенок тебе не нужен стал… – Полина задумалась. – Знаете, Кирилл Андреевич, идите-ка вы со своей Машенькой! Знаете куда?! Или адрес подсказать?! – и положила трубку, добавив контакт “Кирилл” в черный список.
  А спустя полгода Кирилл Андреевич подал заявление на развод.
  Прошло ещё семь лет. Марк был в ремиссии. Полина каждые полгода проходила с сыном обследования, с напряжением и ужасом ожидая очередных результатов, а потом прыгала вместе с Марком от счастья, когда врач говорил, что все хорошо! А потом дома они вместе с сыном пекли пирожки и смотрели любимые мультики!
  Снова устроилась на работу и начала потихоньку отдавать кредиты, которые брала, пока не работала, перебиваясь подработкой репетитором английского языка, иногда – частными переводами. Благотворительные фонды и волонтеры собирали деньги только на лечение, а потом на реабилитацию Марка – на свое содержание Полина никогда не просила, даже у своих родителей.
  Марк ходил в обычную школу, хорошо учился и внешне ничем не отличался от сверстников. Кирилл Андреевич исчез из их с сыном жизни, переводя раз в месяц алименты с официальной работы в размере 3.457 рублей, хотя знакомые говорили Полине, что Кирилл Андреевич очень хорошо зарабатывает, и купил себе дачу, в которой заканчивает ремонт. А Полине и не нужны были эти деньги – все алименты она откладывала на счете сына под небольшой процент. Она и сама справится со всеми невзгодами, главное, что рядом – ее родной сынок. Главное – чтобы был здоров! А ведь он – просто прелесть! Как поддерживает маму! И всегда гостинцами, которые ему в больницах приносили врачи или волонтеры, с мамой поделится. А когда ему стало лучше по самочувствию, и Полина смогла нормально спать, он часто подходил к ней ночью и поправлял съехавшее одеяло, брал тихонько маму за руку и целовал ее…
  Стало казаться, что жизнь налаживается, пока однажды вечером в квартире Полины не раздался звонок в дверь. Марк делал уроки, она готовила ужин. Открыв дверь, девушка увидела Кирилла Андреевича. Очень бледного, худого, старого, со своим любимым кожаным портфелем.
• Что вам нужно? – тихо спросила Полина, не желая, чтобы сын слышал их разговор.
• Полечка, милая, здравствуй! – заискивающе начал Кирилл Андреевич. – Я хотел повидать вас с Маркушенькой и…- не успел он договорить, как за спиной Полины появился Марк.
  Мальчик внимательно смотрел на Кирилла, шепча маме:
• Мам, это кто? Папа что ль? – глаза Марка были распахнуты так сильно, что казалось, что Кирилл мог уместиться в них полностью.
  Полина замялась, а Кирилл Андреевич быстро ответил:
• Сыночек! Да, я папка твой! Родной мой! Как я соскучился! Дай я тебя обниму! – и он присел на корточки и расставил руки в порыве объятий.
• Папа!!! – Марк бросился Кириллу на шею, обнимая его. – Папа! А я так тебя ждал! Мама говорила, что ты живешь заграницей, и тебя не выпускают оттуда, я только от тебя подарки получал к Новому году и ко Дню рождения!!! А теперь ты сам приехал!!! – Марк прижимался к отцу, и слезы радости текли по его лицу.
• Подарки я присылал?? – удивился Кирилл Андреевич, глядя на Полину.
• Конечно! Каждый год присылал, с открыткой о том, как ты любишь своего сына! – сухо и громко отвечала Полина.
• Мамочка, давай папу накормим??? Что у нас сегодня?? Можно он в моей комнате будет спать??? – умоляюще просил Марк Полину.
• Сынок, папа приехал на минуту, он уже уезжает! – сказал Полина, пытаясь аккуратно отсоединить сына от Кирилла.
• Нет, Полечка! Я могу задержаться на денек-другой!!! – весело ответил Кирилл Андреевич, беря сына за руку. – Показывай, сынок, где тут твоя комната.
  Щёки Полины налились гневом, но ей нельзя это показывать перед сыном – ему вредны любые потрясения. Она молча закрыла входную за Кириллом, и пошла доделывать ужин.
  Поужинав втроем, Полина еле уложила Марка спать, а Кирилл пообещал, что придет к сыну в комнату чуть попозже, как только поговорит с мамой.
• Зачем вы приехали, Кирилл Андреевич? – строго спросила Полина, закрыв дверь на кухню и уперев руки в бока.
• Я хотел попросить у тебя адрес той больницы, куда ты с Марком ездишь – с заискивающей улыбкой спросил тот.
• Зачем же вам адрес? Неужели решили поинтересоваться здоровьем чужого ребенка? – с издевкой спросила Полина.
• И это то же, конечно… Точнее, нет!.. Просто… Полечка… Мне врач диагноз поставил… Такой же, как у Марка… Вот я и хотел спросил, как вы с ним лечились – на губах Кирилла Андреевича играла нервная улыбка.
• Ааааа… Что ж я сразу так не подумала – решила, что сыном решил поинтересоваться – горько усмехнулась Полина. – А вы, вроде, говорили, что это не ваш сын, что у вас в роду нет таких болезней! Слушайте, Кирилл Андреевич! А может, вы – это не вы вовсе?! Таких болезней у вас не может быть! Точно, это не вы! – продолжала язвить Полина, не успевая себя останавливать.
• Полиночка, милая, прошу тебя! Не говори так! Я всегда любил тебя и Марка… Просто вышло некоторое … ммм… недопонимание – Кирилл подбирал слова и хотел обнять Полину.
• Руки прочь! Я – не Полина для вас, а Полина Сергеевна! Это раз. Второе – у вас есть родная дочь – Мария Кирилловна – она в состоянии найти вам хороших врачей! – грозно осекла все попытки Полина.
• Машенька… Я ей сказал, что заболел.. Она сказала к тебе идти спрашивать, или в поликлинику по месту жительства обращаться, говорит, там тоже не плохо лечат – тихо и заискивающе объяснял Кирилл.
• Машенька… Любимая доченька, которой не нужен отец…- усмехнулась Полина. Она взяла свой телефон, оторвала клочок газетного листа и на краешке быстро написала телефон и адрес. – Вот телефон и адрес. Это в Москве. Начните оттуда, дальше скажут, куда обращаться. А сейчас прошу Вас покинуть квартиру и нашу жизнь навсегда. Иначе я вызову полицию! – сухо скомандовала Полина.
• Ох, Полечка! Что ж ты гонишь меня… – начал говорить Кирилл Андреевич, быстро убирая клочок газеты в свой портфель, но, увидев грозны взгляд Полины, замолчал. – Ухожу-ухожу! Ты мне только скажи – Марк в ремиссии все это время?!
• В ремиссии!
• Значит, я тоже так смогу, да?! Я ведь его папа родной! Гены у нас одинаковые! – с надеждой спрашивал Кирилл Андреевич, глядя в глаза Полине.
• Пошел вон отсюда!!! – закричала Полина, сворачивая газеты в трубочку.
• Иду-иду! – тихо сказал Кирилл Андреевич, вальсируя ко входной двери.
  “Мне еще внуков нянчить, а не про тебя переживать!” – подумала Полина, глядя вслед неловко спускающемуся вниз Кириллу Андреевичу, вытирая огромные капли горячих слез со своих щёк.
  И правда, через 20 лет Полина Сергеевна нянчила внуков: Серафиму Марковну и Льва Марковича, погодок. Все эти годы Марк оставался в ремиссии, вел очень активную жизнь и всегда с теплотой рассказывал о своем отце, которого почти не видел и плохо помнит. Мама рассказывала о нем только самое лучшее. Его отец был учёным и работал в другой стране, но постоянно присылала подарки и писал письма на компьютере, и Марк знал, что у него есть папа, который его любит, просто далеко. Мальчик очень переживал, что папа умер, когда ему было 12 лет, но мама снова была рядом и помогла пережить эту потерю.
  Марк боролся всю жизнь и вырос настоящим мужчиной благодаря одной настоящей женщине…
  Мамочка, спасибо!
• Автор: Инет

Первоисточник : Женский Журнал

Mustafa Müseyiboğlu adına kitabxana

“ƏDƏBİ OVQAT” JURNALI PDF

“YAZARLAR”  JURNALI PDF

“ULDUZ” JURNALI PDF

“XƏZAN”JURNALI PDF

WWW.KİTABEVİM.AZ

YAZARLAR.AZ

===============================================

<<<< WWW.YAZARLAR.AZ və  WWW.USTAC.AZ >>>> 

Əlaqə: Tel: (+994) 70-390-39-93   E-mail: zauryazar@mail.ru

Он уже ушёл, а Фроська всё лежала в высокой траве с задранным сарафаном. Тело её и мысли окоченели, казалось, что никогда она больше не сможет пошевелить ни рукой, ни ногой – до того всё казалось ей чужим и нереальным. Но вечер, идущий к Фроське с востока, коснулся сине-золотым рукавом травы и сильнее потянуло у земли речной прохладой. Фроська пошевелилась, нащупала сбившийся с головы платок. Она села и стала выщипывать из платка соломинки, затем поправила волосы, оттолкнулась от земли и, словно пьяная, пошла, пошла, задевая берестяным пестерем то сомкнувшиеся цветки цикория, то пряный тысячелистник, то анис…
По правую от Фроськи сторону дремал незыблемой стеной лес и пики высоких елей молчаливо тянулись к розовеющему небу. А где-то там, далеко за лугом, оставалось поле, и мать с отцом и старшей сестрой остались на ночь, чтобы утром продолжить жать рожь, а Фроську отправили домой кормить скотину, и никто из них не мог догадаться, что до дома Фроська доползёт уже другой.
Парень увязался за нею у ручья, что вился в лесочке между полем и просторным лугом. Кто он и откуда Фроська не знала, но лицо его казалось знакомым, возможно, захаживал к ним на гуляния или встречались на полях. Вел он себя приветливо, имел мягкие бабьи черты, красивые и невинные, как у телёнка, и Фроська не испугалась. Однако было в нём что-то чрезмерно игривое, глаза блестели недобрым умыслом, который Фроська уловила не сразу.
— Давай помогу донести пестерь.
— Сама управлюсь, лёгкий он, – увернулась Фроська от его руки.
— Ишь какая строптивая, – улыбался паренёк.
Как его зовут, Фроська так и не допыталась, поэтому своё имя тоже раскрывать не стала. Парень ловко забалтывал простодушную Фроську, пока они отходили далеко от поля. Ничего о себе он не рассказывал, а всё о грибах, да о неважной охоте, говорил, что комку свою с лисичками оставил у ручья. Так и не поняла Фроська откуда он взялся.
— А чего это ты увязался за мной? Тебе домой ещё. Возвращайся назад. Хватит за мной плестись!
— А я пока своё не получу от тебя, не отделаюсь.
— Чего получишь?.. – испугалась Фроська и задком, задком от него…
Ничего не ответил юноша – ка-а-ак прыгнул на Фроську, как завалил её в трескучую траву… Фроська криком зашлась, а он по щекам её свободной рукой раз-два, раз-два!
— Не ори, ду ра, всё равно никто не услышит.
Тут-то и разглядела Фроська в его лице дьявольский порок: проступал он на щеках красными пятнами да в глазах телячьих бился огнём.
Ни единой душе Фроська не поведала о случившемся. Жестокий отец точно убьёт её в гневе, вон, на матери живого места нет, всю изувечил, и саму Фроську с сёстрами тоже не жалел. Выплакала она всё по дороге и зашла во двор твёрдой поступью, сразу за дела взялась: то поросят кормить, то птицу. Всё по-тёмному.
— Ты где была так долго, Фроська? Свиньи все извизжались, чуток нас с Грушей не съели, – выговаривала ей, ходя по пятам, младшая сестра-пятилетка Дуняшка. – Мамка говорила, что ты засветло явишься, а уже темень какая.
— Сама и покормила бы! Уйди! – огрызалась Фроська, вываливая в свиное корыто подобие помоев.
— Мои обязанности – это Грушу нянькать, поди сама попробуй, уморила она меня, козявка мелкая, – бухтела наставительно Дуняшка.
— Уйди, говорю! Не хватало мне ещё твоих учений!
Фроська отёрла руки о заборную тряпку и подхватила на руки двухлетнюю Аграфену, попросту Грушу. Склонилась вместе с ней над корытом с водой, умыла и ребёнка и себя, сполоснула руки. Девочка крепко обняла за шею сестру и потрогала волосы:
— Фрося моя… Хорошая.
Фроська сдавленно всхлипнула.

---

Под конец осеннего мясоеда выдавали замуж старшую сестру Фроськи. Хоть жених был беден, сестра радовалась: наконец-то можно сбежать от тирании отца. Фроська почти ничего не ела и плясать тоже не могла – нутро её переворачивалось от запахов пищи, мутило страшно и песнопения били по ушам, как раскалённый молот. Накануне она поняла, что отяжелела… Чем признаваться в своей беде родителям, Фроське было легче накинуть верёвку в сарае на балку и удавиться – так хотя бы мучаться долго не будет. Видала не раз Фроська, как пьяный отец избивал мать за мелкие грешки: ногами по животу или головой о крыльцо. Фроська и сёстры ходили перед отцом на цыпочках от страха, даже самая младшая, и та боялась его до беспамятства и если отец брал её на руки, дрожала и задыхалась от крика.
— Тьфу! Бракованная баба, нарожала мне одних чёртовых девок! Чтоб тебя на том свете сатана в котле изжарил. Провались ты пропадом, гадкое бабьё! – шумел по привычке отец.
Как выкрутиться из сложившейся ситуации, Фроська не имела ни малейшего понятия. Каждое утро она начала придирчиво рассматривать себя в зеркало, вертелась и так, и эдак… Живот долго не показывался, но Фроська отлично чувствовала, как бьётся внутри дитё. Поначалу Фроська ненавидела то, что было у неё в животе. Никаких материнских чувств не возникало в голове у шестнадцатилетней девчонки. Каждый день, просыпаясь, она мечтала, что ребёночек не подаст признаков жизни, не коснётся её нутра крылом бабочки и каждый раз, когда Фроська начинала думать об этом, ребёнок зачинал пинаться.
После нового года Фроськин живот усиленно попёр в рост. Сложнее стало Фроське управляться по дому – как потаскает что-то тяжёлое, так ноет и ноет он…
— Что такое, Фрося? Не заболела? – интересовалась мать.
Фроська, отдышавшись, разгибалась.
— Нет, маманя, здорова я.
Скрывать живот под широкими сарафанами было не сильно трудно, тем более полнела Фроська во всех частях, наливалась соком, как яблоко. Ближе к весне и отец заметил:
— А ты, Фроська, покруглела за зиму, – уцепился он взглядом за располневшую фигуру дочери.
У Фроськи вся краска с лица сошла. Втянула в себя живот, как могла – да где там. Мысленно приготовилась к смерти.
— Мда! Вот это я понимаю баба растёт! Хорошо мы тебя откормили, да и не битая ты всю зиму считай. Может, и жениха хорошего удастся сыскать, – довольно заключил отец.
У Фроськи как камень с души упал – не догадываются!
— А ну-к! Покрутись перед батей!
Фроська скованно прошлась по избе, насилу выдавливая улыбку. Мать, лучась гордостью, подошла к дочери. Покрутила её, любуясь.
— А какая она у нас красавица, ты только посмотри, папаня! Волосы чёрные, как сажа, глазки зелёные, как травка весенняя, а носик-то какой! Чисто картошечка!
Фроська нахмурилась – уж кем-кем, а красавицей она себя отродясь не считала. Что хорошего в тех глазах её, грустных, как у коровы? А волосы тёмные и толстые, как леска для крупной рыбы? Вот у Дуняшки, мелкой пакостницы, другое дело: мягкие, белые, как пушок… А уж о носе и говорить не приходится – картошка она и есть картошка!
Вскоре пришлось Фроське утягивать живот тряпками и за это ребёнок толкал её ещё неистовее.
— Терпи, окаянный, поскорей бы ты родился и избавлюсь я… – думала в сердцах Фроська. – Седьмой месяц пошёл… скоро уж. Лишь бы папаня не догадался.
На исходе седьмого месяца Фроська с вечера почувствовала себя неважно. Живот периодически начало тянуть. Фроська изо всех сил старалась не издавать звука. Ночью поняла она, что начались роды. Прихватила Фроська своё одеяло и тихо-тихо покинула избу. Снег ещё лежал, но уже виднелись проталины. В темноте Фроська добрела до сарая, прошла в закут, где был навален запас сена, легла туда и приготовилась рожать. Животные волновались от Фроськиных стонов и ей приходилось закусывать кулак, чтобы их не тревожить. Ведь если родители услышат и придут… ей конец.
Ребёнок родился под утро. Это была девочка. Она не подавала признаков жизни и Фроська даже испугалась. Хотя чего? Ей бы это было только на руку… Однако шевельнулось что-то материнское во Фроське… Она взяла худенького, недоношенного ребёнка на руки, потормошила, шлёпнула легонько по щеке… Фроська уже готова была заплакать, но прошла минута и ребёнок жалобно и тихо захныкал. Фроська с облегчением выдохнула и на сей раз заплакала уже от счастья. Она сняла тряпицу с косы и, дотянувшись до серпа, приготовилась отрезать пуповину. Видела, как бабы, рожавшие в поле, делают именно так. Отрезала. Перевязала. Заметила Фроська на плече у ребёнка крупное родимое пятно, удивлённо провела по нему пальцем. Затем укутала в одеяло своё попискивающее дитя, положила себе на живот и откинулась на сено… Полежала так с ним в полудрёме, не шевелясь, ребёнок тоже успокоился. Ещё час прошёл. Открыла Фроська глаза и видит – светает совсем. Попыталась она дать ребёнку грудь, но девочка была слишком слабой, чтобы сосать.
Фроська запихнула послед подальше в сено и вышла с ребёнком на улицу. Она шла, пошатываясь, в сторону леса. Мокрая юбка липла к озябшим ногам и сами ноги тоже насквозь промокли от таявшего снега. Фроська углублялась всё дальше и дальше в лес. Где-то в вышине потрескивали ранние птицы. Паршиво было у Фроськи на душе, страшное дело она задумала… А выбор-то какой? Есть ли выбор у неё? Больше всего на свете Фроська боялась своего отца.
Фроська сошла с тропы и оставила своего ребёнка под осиной. Девочка то ли спала, то ли была слишком бессильной, чтобы шевелится. Подумала Фроська, что ей очень сильно попадёт за одеяло, но не оставлять же ребёнка на снегу! Колотило Фроську. Еле оторвала она взгляд от девочки. Какой страшный грех она собирается унести с собой в могилу! Помявшись ещё немного, Фроська отправилась домой.
Идёт Фроська, а ноги её с каждым шагом словно свинцом наливаются и душу на части рвёт. Полюбила она уже эту девочку! Разве заслужила она подобной смерти?! Представила Фроська саму себя, оставшуюся в лесу беспомощным младенцем… Представила, вскрикнула… И понеслась по лугу назад в сторону леса. Будь что будет! Пусть отец их обеих губит!
“Вернусь домой с дитём и скажу: ежели убьёте, то закапывайте нас вместе в одну могилу!”
Прибежала Фроська на то самое место, где дитя оставила, круть-верть, а дитя-то и нет! Как в воду канул! Заглянула Фроська под каждую осинку, да что заглядывать, если точно помнила, что положила ребёнка именно под той, у которой сук отломан и ёлочка молодая рядом! Да и следы Фроськины свежие видны! А ребёнка нет! Кинулась Фроська снег изучать – ещё чьи-то следы там были, подлиннее, чем у неё. И то ли волка, то ли собаки ещё. Вели те следы к охотничьей тропе да там и терялись. В какую сторону податься? Побродила Фроська минут двадцать в нерешительности.
— Ау! Кто ребёнка забрал?! Отдайте! Отдайте!
Эхом прокатились по лесу её слова. Никто не ответил.
Вышла Фроська на заснеженный, с проталинами луг… Оглянулась боязливо не лес в последний раз и перекрестилась. Затем она отёрла лицо талым снегом и вернулась домой ни с чем.

---

Семь лет прошло с той поры. Пять последних Фроська была уже замужем. Муж избил её в первую же брачную ночь, когда узнал, что Фроська не девственница.
— С кем была?! Признавайся или убью!
Фроська прикрывала глаза чёрной косой, чтобы не видеть горящие гневом глаза мужа. Был он выше и шире её раза в два – когда в избу входил, наклонялся в дверях, чтобы влезть в проём.
Призналась Фроська, что ссильничали её, но о ребёнке ни слова…
Все пять лет брака муж избивал Фроську похлеще, чем отец мать. В чём только дух её держался – не знала. Две беременности закончились выкидышами один за одним и последние три года Фроська не тяжелела – видно, отбил он ей способность рожать окончательно.
Фроська считала, что она заслужила такую судьбу. За загубленную детскую жизнь суждено страдать ей долго… Часто думала Фроська о той своей первой девочке, представляла её подросшей, все годы мучилась она жгучей виной. Заслужила! Заслужила! Страшно представить в каких страданиях уходила малютка!
После очередных побоев решила Фроська, что хватит с неё – раз она никак не помрёт, раз заживает на ней любая рана, значит пришло время уйти ей по своей воле. Отправилась Фроська средь бела дня в тот самый лес, где оставила когда-то своего ребёнка. Знала она, что за лесом, там, где начинается дорога в соседнюю деревню, есть озеро. Там-то она и утопится.
“И соединятся наши души с доченькой в одном лесу, под сенью одних деревьев… Может она летает там, моя крошка, и ждёт меня все эти годы.”
Посидела Фроська на бережку чёрного озера, чтобы в последний раз насладиться пением птиц и ласковым ветерком лета. Хорошо на земле жить, да надолго лучше не задерживаться! Разулась Фроська и вошла в воду. Ноги сразу погрязли в толстом слое тины. Дальше, дальше надо заходить! По пояс ей уже… по шею…
— Э-ге-гей! Девушка! Здесь у нас не купаются, на дно утягивает!
Оглянулась и видит сквозь слёзы – мужичок к ней бежит, а за ним по следу девочка.
— Здесь на дно утягивает, выходите!
— А мне и нужно на дно! – тихо сказала Фрося и нырнула.
Очнулась Фроська уже на берегу мокрая и мужчина рядом с ней такой же сидит, снимает с себя водоросли и ряску.
— Утопленница, значит? – сказал мужчина.
Фроська, откашлявшись, злобно смотрела на косой ворот его рубахи.
— А вам-то что? Спасать не просила.
Вдруг она почувствовала, что кто-то роется у неё в волосах. Смотрит – девочка-синеглазка. Улыбнулась она Фроське, как ангел, как никто никогда ей не улыбался.
— Тётенька, у вас тина на голове, я вытаскиваю.
— Спасибо…
Фроська с благодарностью погладила её по ручке. Опять нахмурилась.
— Не надо было меня спасать. Мне жить незачем.
— Почему это?
— Ничего у меня нет: ни дома, ни мужа, ни детей… и не будет.
— Как это дома нет?
— Сгорел дом, – соврала Фроська, веря в собственную ложь. И была ли ложь это? Она и впрямь чувствовала, что за спиной у неё сгорели все мосты. К мужу она ни за что не вернётся, а родители к себе не пускают. Да и не нужны они ей!
— И муж сгорел с ним… А детей и не было.
Мужчина подозвал к себе дочку:
— Маруся, ягодка моя, смотри какие бабочки на поляне летают, попробуй изловить?
— Хорошо! – весело отозвалась девочка и неожиданно обняла за шею Фросю. – А вы, тётенька, не плачьте, всё будет хорошо!
— Топиться тоже не дело, – сказал задумчиво русый мужчина и потянул в рот былинку.
— Если бы вы знали какой грех у меня на душе! – сказала, как брызнула, Фрося и опустила на мокрые колени голову.
— Ну так расскажите мне, раз всё равно собрались помирать.
Фроська долго молчала и в этом молчании убегала от неё, как вода в ручье, вся загубленная её юность, все надежды, все мечты… И выложила Фрося всё этому незнакомому мужчине – и случай на лугу, и беременность, и то раннее утро, когда она родила дочь и оставила в лесу, и как вернулась за ней, да поздно… Волки унесли её дочь.
— И на плечике у моей девочки, знаете, родимое пятнышко было… Красное… Так запомнилось мне. Не успела даже поцеловать.
Она испуганно подняла несчастные глаза на мужчину – тот молчал и был очень нахмурен. Потом подозвал свою дочь и отогнул воротник детской рубашки. Фрося ахнула – родимое пятнышко на том самом плече. Схватилась она за сердце…
— Всё, беги играй опять, – сказал он девочке и обратился к Фросе: – Семь лет назад, ранним утром, меня разбудил голос. Он сказал прямо в ухо: “Вставай, Ваня! В силки твои заяц попал – забирай”. Я проснулся в непонятках – что такое? Рядом жена мирно спит. Только перевернулся на другой бок, чтобы заснуть, как голос опять: “Ваня! В лес иди, срочно!” Ну я и пошёл… Собаку взял. Она и нашла вскорости ребёнка новорожденного под осиной, рядом ёлочка ещё… А у нас женой детей не было, Бог не дал… Вот, вырастили Марусеньку… Лучик солнца наш.
Фроська ошарашенно молчала, глядя на почти чёрную воду озера.
— А жена моя год назад преставилась… Одни мы остались. А теперь ты мне рассказываешь такое… Чудны дела твои, Господи!
Иван встал и подал Фросе руку.
—Ну что, пошли домой?
— К-куда? – пролепетала Фрося.
— Ну домой, в нашу деревню. Переодеться надо бы. Платья там от жены остались.
— А… а Маруся? Она не против будет?
— Вот сейчас у неё и спросим. Пошли к ней.
Иван поднял из высокой травы дочь и она выпустила из рук бабочку. Та улетела. Иван пошептал девочке на ушко, указывая на Фросю. Девочка спросила:
— А она обещает, что будет хорошей, как мама?
Фрося взяла её ручку, прильнула губами к детской коже и выдохнула, едва дыша, ощущая, как пахнет её дочь дурнопьяном сладким-сладким:
— Обещаю.
Автор: Анна Елизарова

Женский Журнал

Первоисточник : Женский Журнал

Mustafa Müseyiboğlu adına kitabxana

“ƏDƏBİ OVQAT” JURNALI PDF

“YAZARLAR”  JURNALI PDF

“ULDUZ” JURNALI PDF

“XƏZAN”JURNALI PDF

WWW.KİTABEVİM.AZ

YAZARLAR.AZ

===============================================

<<<< WWW.YAZARLAR.AZ və  WWW.USTAC.AZ >>>> 

Əlaqə: Tel: (+994) 70-390-39-93   E-mail: zauryazar@mail.ru

Где бы ни появлялась Нинка, она всегда привлекала внимание. Одевалась так, что весь персонал магазина, где эта тридцатилетняя, рыжеволосая, полная женщина работала кассиром, тихо «угорал» от смеха. Да ещё и сладкое любила.
Перед кассовым аппаратом всегда лежал пакетик с конфетами.
Её тяга к бижутерии и яркой одежде явно перевешивала здравый смысл.
Покупатели часто столбенели, глядя на восседающую за кассой даму с взбитой до небес рыжей шевелюрой, украшенной бантиками, яркими заколками, ленточками. Нинка всегда наряжалась в немыслимо пёстрые( и где только находила такие) кофточки, шарфики, надевала на каждый палец по кольцу. Как говорится: Новый год всегда с тобой!
Но положительным в её характере было полное отсутствие умения обижаться. Как только её не высмеивали, как не уговаривали одеваться адекватнее и не жевать сладкое весь день, она только легкомысленно смеялась, махала рукой, украшенной крупными перстнями и кольцами, и совала в рот очередную конфету.
Работала Нинка прекрасно. Чётко, вежливо, с улыбкой, с добрыми словами. Покупатель уходил счастливый, согретый широкой, белозубой улыбкой Нинки, пожеланиями здоровья и любви, и в следующий свой визит уже целенаправленно шёл к кассе, где сверкала и сияла во всём своём великолепии рыжая, весёлая кассирша.
Ни одной жалобы, ни одного замечания. Только благодарности от покупателей.
Нинку за прекрасную работу хвалили, но переодеться и снять побрякушки она отказывалась. Приходилось терпеть её причуды.
Никто не знал, что в своей душе Нинка носила страх, а в сумочке – электрошокер.
Пять лет назад поздно вечером на неё напали подростки, избили, отобрали мобильник, деньги и украшения. Она помнила, как под начавшимся дождём почти ползком добиралась домой, вытирая с лица кровь и капли воды, как ей было страшно и больно…
После этого случая Нинка стала носить электрошокер.
Ничего никому не сказав о случившемся, Нинка скрывала под весёлостью и ежедневной праздничностью нарядов свой потаённый страх.
Она боялась молодых парней и темноты. Но никто этого не знал, считая Нинку взбалмошной пустышкой.
И случилось у этой Нинки героическое приключение.
По случаю выходного дня решила она пройтись по городу, новые наряды присмотреть. А что ещё делать одинокой независимой женщине?
Себя радовать. Вот и едет Нинка в автобусе, мечтает о покупках. Задумалась.
Не оторвали её от мечтаний и трое молодых парней, почти подростков, севших в автобус на одной из остановок.
Автобус проезжал безлюдную парковую зону, когда парни вскочили с мест и со словами:
-Сидеть, суки! Не дёргаться! Бабло, мобилы, побрякушки сюда, быстро! Порежем, гады! И без фокусов! – вытащили ножи, повернувшись к пассажирам. Один парень приставил нож к горлу водителя, а двое других принялись собирать добычу.
Напуганные пассажиры безропотно отдавали требуемое.
Нинка, поняв, что случилось, сильно испугалась. Её окатило волной знакомого липкого страха. Судорожно вцепившись в сумочку, она старалась совладать со своим волнением.
В голове крутилась мысль:

• Опять грабят.. Почему я? Почему? Господи, помоги!
  Нинка вспомнила тёмный сырой вечер, удары по телу, по лицу, мат, свою беспомощность…
  Вспомнила это унижение, страх и…. рассердилась.
  Рассердилась на себя, на молчащих пассажиров, безропотно отдающих свои вещи малолетним грабителям.
  В затруднительных положениях Нинку всегда спасали конфеты. Съест пару штук – и готово решение вопроса.
  Вот и сейчас она машинально полезла в сумочку за конфетами, а рука наткнулась на корпус шокера.
  Своим дальнейшим действиям Нинка и сама удивлялась впоследствии, так это было неожиданно для неё самой.
  Она сжала в руке шокер, включила его, и когда грабитель подошёл к ней, резко выдернула руку из сумки и, нажав на кнопку разряда, ткнула шокером в живот парню, прямо в солнечное сплетение, где был дурацкий рисунок на футболке.
  Заорав, парень упал, дёрнулся и затих. Никто ничего не понял. Нинка, спрятав руку с шокером в сумку, снова сделала перепуганное лицо, и только сосед, одобрительно кашлянув, отвёл глаза, чтоб не выдать своей радости по поводу случившегося. Второй грабитель подбежал к лежащему парню, наклонился над ним и….получил разряд в шею.
  Водитель оказался сообразительным, он резко остановил автобус, быстро справился с растерявшимся третьим преступником.
  А тут и пассажиры помогли связать парней, обездвиженных Нинкой.
  …Приехавшая полиция не могла поверить, что задержала преступников
  полная женщина в цветастой кофточке, с нелепыми бантиками в высоко взбитых рыжих волосах.
  На работе Нинка и словом не обмолвилась о своём поступке, только вдруг заметила, что из души ушёл тот липкий страх, который не отпускал её много лет, и она впервые спокойно шла домой по тёмной улице.
  Нинку наградили почётной грамотой за задержание опасных преступников, что явилось полной неожиданностью для сотрудников магазина.
  Награждавший её капитан милиции очень долго и нежно держал Нинкину руку в своей, заглядывая в синие с поволокой глаза смутившейся героини события. И вот что интересно: его совершенно не удивляли ни многочисленные кольца на руках Нинки, ни безвкусная кофточка …Он видел ЖЕНЩИНУ …

Первоисточник : Женский Журнал

Mustafa Müseyiboğlu adına kitabxana

“ƏDƏBİ OVQAT” JURNALI PDF

“YAZARLAR”  JURNALI PDF

“ULDUZ” JURNALI PDF

“XƏZAN”JURNALI PDF

WWW.KİTABEVİM.AZ

YAZARLAR.AZ

===============================================

<<<< WWW.YAZARLAR.AZ və  WWW.USTAC.AZ >>>> 

Əlaqə: Tel: (+994) 70-390-39-93   E-mail: zauryazar@mail.ru

ЛУЧШАЯ ПОДРУГА МОЕЙ МАМЫ
Кому-то достается от природы цепкий ум. Кому-то красота. Кому-то богатство и связи. А Наталье, маминой подруге, удалось выхлопотать в небесной канцелярии и то, и другое, и третье хорошенькое личико с выразительными неглупыми глазками и ножки как на выставку, мозги, и богатого папу, заработавшего состояние тем, что сейчас называется бизнес, а раньше звалось спекуляция.
Бог, как обычно, решил пошутить и поселил двух девчонок мою маму Полю – дочку простых учителей – и Нату – девочку из богатой семьи – в соседних домах. Полине Ната казалась существом с другой планеты. Как только она ее увидела, сразу поставила себе цель подружиться. Поля занимала ей место в столовке, делилась карандашами и ручками, а когда Наташина соседка по парте влюбилась и пересела к мальчику, попросилась занять освободившееся место. Ей казалось прекрасным в Наташе все: то, с каким изяществом та носит иностранные вещи, когда все остальные терпят на себе ужасы советской моды; то, как рассуждает о высоком искусстве; даже то, как она сидит изящно, по-взрослому, порой засматриваясь на орхидею в кабинете истории. Орхидея странная мечта для богатой девочки. Мама Наты, чопорная молодящаяся дама, не разрешала дочке выращивать дома цветы. Они почему-то напоминали ей о неизбежном увядании, с которым та тщетно боролась, с помощью чудо-кремов и штаба косметологов. Да, цветы в горшках тоже нельзя. Даже если подарят на день рождения, придется передарить.
Вскоре Ната с Полей вдвоем делали уроки, загорали на крыше, поедая мороженое, и один раз даже выкрали журнал из-за того, что географичка понаставила Нате несправедливых оценок. Вместе попробовали курить, вместе оборонялись от хулиганов (Поля побила их портфелем, когда они попытались заставить Нату снять дорогие сапожки), а как подросли, только друг с другом могли обсуждать Девичье Сокровенное на скамеечке под старой липой, заговорщически сблизив хорошенькие головки. И, хотя у Полины были и другие подружки – Таня, с которой они ходили в бассейн, и Аня, пытавшаяся увести ее парня – когда она произносила Подруга так, что в начале слова ясно слышалась большая буква, сразу становилось понятно, о ком идет речь.
Школа закончилась. Мама, продолжила семейную традицию, пошла в пед. институт. И не потому, что так захотелось родителям, этого требовал ее командорский дух и любовь к детям. Она воспитывала даже игрушки в детском саду: ставила им оценки, нянчила, рассказывала, что хорошо, а что плохо. Наталья же хотела пойти на искусствоведа, изучать культуры разных народов. Но когда она, опустив свои умные глазки, попробовала заикнуться об этом папе, тот ударил кулаком по столу и очень страшно на нее закричал. В итоге Ната поплакала и с блеском поступила в экономический, чтобы продолжить семейное дело.
Единственное, что Наталья сделала против воли папы – влюбилась. Олег был воплощением девичьих идеалов: обладал темными волосами, темными глазами, в которых никак нельзя было не утонуть, увлечением боксом и прочими атрибутами главного героя. Папа нахмурился, но согласие на брак все же дал. Олег вращался в тех же кругах, но был, может, чуууть менее обеспеченным. Мама говорит, у ее Подруги, умницы и отличницы, внутри наконец-то зажегся живой огонек. Ее задумчивые глазки стали не просто умненькие, а счастливые. Свадьбу сыграли на воде – такую, такую, такую!!! Примерно так это описывает мама, восторженно взмахивая руками. Моя же фантазия дорисовывает все остальное: и двухъярусный теплоход, и столики, украшенные свечами, и живую музыку, и Наталью – в воздушном платье Золушки с диадемой, подарком папы, на голове. С таким светлым взглядом, что он затмевал даже мерцание бриллиантов. Жениха – серьезного, очень внимательного, обхватившего невесту за талию, как фарфоровую статуэтку, – танцы под звездным небом, и шепот о любви. Все это так ярко представляется мне! Богатые тоже смеются, богатые тоже целуются, богатые тоже любят!
Вскоре у них родился сынок, Егорушка. Пять лет Натальиному счастью не было предела. Так, по крайней мере, казалось моей маме. То, что Ната похудела – так это, наверное, держит фигуру для любимого. Замученный взгляд чего вы хотите, малыш отнимает много сил и времени. Осунулась может, устала? Мама верила, что Наташа живет в светлой сказке, где ей, принцессе, было самое место. Пока однажды подруга не позвонила в три часа ночи:

• Поля, Поля, – мама услышала, что ее Подруга плачет.
• Мммм
• Поля, просыпайся!
• Что случилось?
• А до утра не подождет?
  Ната подозревала Олега давно, но следить за мужем начала только в эту ночь, когда он совсем перестал скрываться. Уехал прямо в три часа на срочное совещание. После двух недель слежки они с мамой вычислили все: и его рыжую любовницу, и то, как он потихоньку переводит доходы от общего бизнеса на отдельный счет. Из маминых рассказов я не очень поняла техническую сторону махинаций, но он обворовывал Нату и сына, обворовывал давно, методично и жестоко – для Той. Та была не такой красивой и умной, не такой длинноногой, от нее не пахло дорогими духами, но ее любили, а Нату нет. Она ела за Натальин счет и ходила в ее сережках. Надо же, вот куда они подевались, думала, потеряла, – ухмыльнулась Наталья и впервые со школьных времен закурила.
• Когда он меня разлюбил? А может, и не любил никогда?
  Наталья до последнего надеялась, что это какое-то недоразумение, что это она, глупая, что-то не так поняла. Может, она его сестра? Не сестра, проверяли. Можеткогда стало понятно, что Олегу нельзя было придумать хоть какое-нибудь, хоть самое жалкое оправдание, Наталья не смогла не то, что заниматься делами встать с постели, чтобы приготовить поесть. Она питалась сигаретным дымом и зефиром в шоколаде. Сыну Егорке, когда он просил кушать, давала тот же зефир, пока у него не началась адская аллергия на сладкое. Мама не помнила, какие банальности она говорила Подруге, безвольно валяющейся на диване и глядящей в потолок. Маме было ее так жалко, что она сама еле сдерживалась, чтобы не разреветься. Она, кажется, как и все, мямлила, что он ее не стоит, что все пройдет, все снова станет хорошо… А потом вдруг строгим учительским тоном приказала, будто задавая домашнее задание: Касаткина, тебе нужно переступить. После всего, что он сделал, нужно просто перешагнуть через него, и все тут! Переступить, слышишь?
  Не то, чтобы это ужасно Наташу вдохновило. Но она нашла силы встать и дойти до кухни, чтобы сварить макароны. И даже отговорить папу закатывать мужа в бетон (шутка). Но мстить и уничтожать Олега отговорила

---

Потом моя мама сама вышла замуж. Ее свадьбу справляли совсем иначе, без диадемы с брильянтами, без теплохода и даже без похода в кафе. Праздновали дома, под гитару и баян. Я видела Натальины фотографии с их с папой праздника и узнала ее до того, как мама воскликнула:

• Смотри, вот моя Ната!
  Узнала по дорогому платью, неправдоподобно длинным ногам, совершенно не праздничному выражению глаз. Нет, она не завидовала, но отголоски чужого счастья не согревали ее открытые плечи и тонкую фарфоровую шею. Она сидела чуть в отдалении от всех гостей, изящно закинув ногу на ногу, тосковала о чем-то своем. Потом мама переехала в другой район, к папе. И завела меня, своего маленького хомячка (именно на хомячка я больше всего похожа на детских фотографиях).
  Я помню Наталью очень смутно. В моей памяти не отпечатались ни черты лица, ни цвет глаз, только общие ощущения. От нее пахло сигаретами, орхидеями и деньгами. Деньгами большими. Этого я, четырехлетний ребенок, понять не могла, но чувствовала этот нетипичный для нашего скромного дома аромат. Наталья казалась мне существом из другой реальности, как фарфоровые куклы или плоский телевизор. Она иногда заезжала в гости, приносила ананасы, икру и игрушки, при взгляде на которые у меня от восхищения перехватывало дыхание. Но даже я чувствовала повисшую в воздухе неловкость. Словно она ощущала себя виноватой за то, что в ее мире есть икра и ананасы, а мы вторую неделю сидим на кашках-малашках; что мама ходит в юбке, сшитой в десятом классе, а на Наталье каждый раз новое платье.
  Они с мамой были как планеты, вращающиеся на разных орбитах. Это ощущалось всегда, но, когда жили рядом, чувствовалось не так остро. То маме было не до нее – нужно ребенка в больницу отвезти, да на рынок сбегать, какие уж тут встречи с подругами! Когда мама освобождалась, как назло, была занята Наталья: заграничные командировки, приемы, работа, работа, работа!
• Вот так оно, дочка, бывает, – говорила мама, вспоминая Подругу. И на ее усталой улыбке играла мне одной заметная грустинка, – Разошлись пути-дорожки. Не появится она больше, наверное.
  Но Наталья появилась. Когда погиб мой папа, она прислала конверт c крупной суммой и сожаление о том, что она не может приехать, должна быть на какой-то конференции в Париже. И пригласила маму на свое сорокапятилетие. Она позвала всех людей, которые сыграли важную роль в ее жизни (так было написано в приглашении). И среди них была мама и почему-то я. Наверное, она просто так нас пригласила. Для галочки, – пробормотала мама, еле сдерживая смятение. Помню, как мама волновалась, набирая ее номер. Столько всего хотела сказать и про дружбу, и про то, что ей жаль, жаль, что они так долго не находили времени поговорить, жаль, что они вращаются в разных мирах. Это все готово было сорваться с ее языка, но как только мама услышала Натино мягкое алло, слова застыли у основания горла, так и не вырвавшись наружу.
• Что тебе подарить? только и смогла выдохнуть моя мама.
• Ничего не нужно. Хотя постой, белую орхидею. Пожалуйста, подари мне белую орхидею, – улыбнулась Наталья в трубку. Хоть мы не видели ее лица, я готова была поклясться она улыбается.

---

Потом мы видели, как белые орхидеи заполняют банкетный зал. Каждый гость неизменно появлялся с белоснежным цветком и почтительно преподносил его имениннице. Наталья была прекрасна, хотя это слово слишком истерто и безлико, чтобы передать весь ее блеск. С лицом Шерон Стоун и неприлично длинными ногами, в восхитительном белом платье она встречала всех гостей, чмокая воздух возле их щек так, что со стороны казалось, будто целовала. Когда она увидела маму, то так ей обрадовалась, что расцеловала ее по-настоящему! Сколько слов было сказано в тот день этими важными, серьезными, великолепными людьми!

• В несколько раз увеличила империю ресторанов, – восхищалась строгая женщина с уложенными по-голливудски локонами.
• Отец бы Вами гордился! Светлая ему память, – поднимал бокал почтенный пожилой господин.
• Светская львица украшение страны – слышалось со всех сторон. Но самую трогательную речь произнес шестилетний мальчик, чей-то сын.
• Я не верю, что вам сорок пять! Вы выглядите на двадцать! Максимум – на двадцать четыре! сказал он свой тост, и все засмеялись.
• Не подскажете, кто это? Что-то не припоминаю, помню, шепнула какая-то дама в фиолетовом платье своей соседке, показывая на нас глазами. Ее слова должна была заглушить громкая музыка. Она же не знала, что за двадцать лет работы в школе, слух мама натренировала такой, что слышала, как на последней парте Сережка Иванов подсказывает Машке Тарасовой.
  Я чувствовала, как мама вздрогнула и напряглась. Знала, чего она боится. Что соседка дамы скажет, презрительно сморщив точеный носик: Это? Да так, какие-то нищебродки. Но вместо этого соседка округлила глаза:
  Наталья целый вечер была возле мамы. Рядом с ней она нет, не растеряла весь свой лоск, но будто бы ожила. И сквозь оболочку светской львицы, владелицы империи ресторанов, вдруг проглядывала прежняя девчушка, бегавшая с мамой на переменках. Которая могла заплакать от предательства любимого человека и пачками пожирать зефир в шоколаде.
• А помнишь, как мы скоммуниздили журнал из учительской? шепнула Наталья и они с мамой тихонько захихикали.
• А как тебе понравился Петька из параллели, и мы подсовывали ему любовные записки?
• А как мой Первый обманул, помнишь? Знаешь, он сейчас в религию ударился, – она заразительно засмеялась. Смех у нее был непритворный, очень хороший. – Его все зовут святой, так как каждое утро он начинает с трехчасовой молитвы. Былое отмаливает, – самое удивительное, в ее словах не было злорадства, только непонимание, как она могла полюбить когда-то такое ничтожество. Под биты музыки у меня в голове почему-то пульсировало одно: Переступила. Она давным-давно переступила. Переступила.

---

Мы встретились с Натальей еще один раз. Мой жених перед свадьбой проиграл крупную сумму денег и не придумал выхода лучше, чем ограбить ларек, угрожая продавщице, что перережет ей горло. Он и до этого был непростым человеком. Но я любила. Даже несмотря на то, что он, как выяснилось, врал мне обо всем: начиная с того, откуда приехал (говорил, что жил в городе, на самом деле – в деревне), заканчивая зарплатой родителей (зачем было хвастаться, что они богатые, если папа работает водителем автобуса, а мама ветеринар?). Ни одного слова правды. Весь мой мир рушился, как карточный домик, но, чтобы спасти его, я была готова на все! Наталья согласилась с нами встретиться. У нее есть связи, она может помочь! Может быть, не все потеряно! Может
Наталья слушала мою историю и курила. Потом несколько минут молчала. Думала. Я готова была пасть перед ней на колени, если бы это хоть как-то помогло моему жениху.

• Значит, так. У меня есть телефон одного адвоката, – промолвила наконец Наталья и записала номер на салфетке. – Вытаскивала людей и не из такого.
  Мое сердце возликовало! Случилось лучшее, что можно было ожидать! Я уж хотела схватить номер и расцеловать Наталью, но она отстранилась.
• Я не закончила. Я дам тебе этот номер с одним условием. Если хочешь, помоги ему, но потом ты должна его забыть. Переступить через это.
  Мир пошатнулся.
• Нет, я его не оставлю, не хочу переступать, – помню, сказала я, изо всех сил сдерживаясь, чтобы не закричать. Сознание лихорадочно подкидывало другие, полубезумные идеи. Если бы это помогло, я бы взяла всю вину на себя. Может, устроить ему побег? Я поеду следом, я сменю личность и паспорт, я готова работать там кем угодно, хоть уборщицей!
  Наталья тихонько погладила меня по щеке. Благодаря усилиям косметологов, ее лицо было гораздо моложе лица сорокапятилетней женщины. Я помню тот тост маленького мальчика на ее дне рождения: Мне кажется, что вам двадцать, в крайнем случае, двадцать четыре. Издалека действительно так казалось. Вблизи ее выдавали глаза. В них была мудрость, усталость и всепоглощающая грусть. Она проговорила тихо, но очень твердо:
• После того, что он сделал, оставишь и переступишь. Я переступила, твоя мама в свое время переступила. И ты сможешь.

---

И смогла. Когда ночами не спала от страха за него, а чувство вины и горечи прижимало к кровати, когда готова была весь мир отдать за то, чтобы вновь услышать его голос, я вспоминала слова: Оставишь и переступишь. Я переступила, твоя мама в свое время переступила. И ты тоже сможешь.
И сейчас, обнимая другого, по-настоящему любимого человека, я думаю о том, что каждой и каждому из нас когда-то пришлось переступить. Вырвать с мясом ту первую, самую злую, окровавленную любовь. Нежно провожу ладонью по его щеке, зная, что меня не обманут, не подставят, не бросят. Всего бы этого не было, если бы не переступила И тихо шепчу Наталье, далекой маминой подруге, так любящей орхидеи: Спасибо.
Автор: Александра Власова

Первоисточник : Женский Журнал

Mustafa Müseyiboğlu adına kitabxana

“ƏDƏBİ OVQAT” JURNALI PDF

“YAZARLAR”  JURNALI PDF

“ULDUZ” JURNALI PDF

“XƏZAN”JURNALI PDF

WWW.KİTABEVİM.AZ

YAZARLAR.AZ

===============================================

<<<< WWW.YAZARLAR.AZ və  WWW.USTAC.AZ >>>> 

Əlaqə: Tel: (+994) 70-390-39-93   E-mail: zauryazar@mail.ru

Однажды Ульяну муж назвал Юлей. Утром это было.
Муж прижался к жене, приобнял ее и прошептал на ухо:

• Доброе утро, Юля.
  И сладко засопел, продолжая спать дальше.
  А Ульяна проснулась. Открыла глаза и лежала, боясь шелохнуться. От ужаса она вся похолодела внутри. Как это произошло? Что могло случиться? Все ведь было хорошо? Или нет?
  Муж заворочался, зевнул.
• Уля, какая ты холодная, с меня даже сон сошел. У тебя все в порядке? Лето на дворе, а ты под одеялом мерзнешь. Я сейчас чай заварю.
  И муж Семен, как ни в чем ни бывало, отправился на кухню, насвистывая бодрый мотивчик.
  Ульяна еще полежала немного, потом вяло встала, отправилась умываться. Ноги были словно свинцовые. В голове какой-то белый шум. Может, в самом деле, чаю выпить надо.
  Муж Семен попросил оладушек. Ульяна мрачно на него посмотрела.
• Ты утром назвал меня Юлей.
• Что, милая?
• Семен, не строй из себя дурачка. Ты утром назвал меня Юлей.
• Тебе послышалось, милая. Уля, Юля, послышалось спросонья. Ты поэтому такая холодная и мрачная? Ох, женщины. Сама придумала, сама обиделась. Поеду на работу голодным.

---

Ульяна еще побродила по дому, пытаясь прийти в себя, полила цветы, напекла оладушек, быстро оделась и поехала к мужу на работу. Наверное, в самом деле послышалось. Уля, Юля. Действительно.

---

В приемной мужа обнаружилась новая секретарша. У Ульяны засосало под ложечкой. В голове снова заворочались утренние страхи.
Секретарша была молодая, красивая, грива рыжих кудрявых волос, грудь колесом.

• Семен Юрьевич занят и сегодня не принимает. Я могу вас записать к нему на следующую неделю.
• Лучше себя к нему на прием запиши, тебе будет нужнее, – неожиданно вырвалось из Ульяны.
• Что, простите? – Секретарша округлила и без того большие глаза. – Женщина, вы кто?
• Горемычко. Ульяна Викторовна. Жена Семена Юрьевича. А ну, отошла. Понаберут тут всяких болонок уличных.
  И тут динамик сказал радостным голосом Семена:
• Юленька, а принеси-ка мне кофейку. Юленька?
  Ульяна хмыкнула.
• Ну, делай давай. А я отнесу.

---

• Ульяночка? – залепетал Семен, увидев жену с подносом у себя в кабинете. – Что-то случилось?
• Вот твой кофе. А я принесла тебе оладушек. Заявление на развод получишь по почте. Приятного аппетита.
• Ульяна, черт возьми, что происходит? – стал сердиться муж. – С самого утра как ведьма на помеле.
• Ведьма у тебя в приемной сидит. Почему у нее волосы не убраны? Такой солидный дантист и такая вульгарная секретарша, дёшево как-то, Семен Юрьич.
• Ульяна, прекрати. Хватит. Я не выношу истерик. Знаешь, что? Я недельку на даче поживу. Подожду, пока ты успокоишься. Остынешь – позвони.
• Поздно, Семен. Я серьезно. Я не буду терпеть измен. Я такое не прощаю. Просто скажи, на будущее, чтобы знала: почему?
  Семен устало вздохнул, глотнул кофе и поморщился.
• Варвара уволилась. Юлю я взял по ее рекомендации.
• Давно?
• Месяц назад, – нехотя ответил Семен, отводя взгляд.
• А мне почему ничего не сказал? Ты всегда делился новостями.
• Я не рассчитывал, что Юля у меня задержится. А она отлично справляется.
• Не сомневаюсь.
• По работе! – побагровел Семен. – Она отлично справляется по работе!
• И не только.
• Это вышло случайно! Я не хотел!
• Не хотел бы, не изменил. Я сегодня же соберу вещи и перееду.
• Куда? – стал нервничать Семен. – Я же сказал, я неделю поживу на даче, просто успокойся. Уля, я не хочу разводиться!
• Но придется. Я не смогу слышать свое имя из твоих уст. Уля, Юля. Твоя рыжая секретарша постоянно будет стоять у меня перед глазами. Не разрушай мне психику окончательно. У меня и без того работа нервная. Я с детьми работаю.
• Куда ты пойдешь? Оставайся в квартире.
• Зачем мне твоя квартира? У меня свой дом есть.
• В этой глуши? Старый деревянный дом?
• Это мой дом. И точка.

---

Дом остался от родителей и навевал тоску. Ульяна захотела плакать. Столько воспоминаний. И нет ничего. Только запах затхлый.
Подруга Нелька рядом тоже канючила:

• Ты не сможешь здесь жить, Улька, не дури. Возвращайся в квартиру. А там что-нибудь придумаешь. Продашь этот дом, возьмешь ипотеку. А там, глядишь…
• Не надо там глядеть, проехали. Я не смогу. А ты бы смогла?
• Не знаю, как бы я повела себя, окажись на твоем месте.
  Ульяна прошлась по дому и везде открыла окна.
• Кстати, прекрасно здесь можно будет жить. Со временем. Дом добротный. От поселка до города пятнадцать минут езды на машине. Я смотрю, городские этот поселок облюбовали. Сколько домов понастроили. Наверное, коммуникации уже давно все подведены. Я здесь за пять лет и не была ни разу.
• Так-то оно так, но это ж сколько работы! А жить прямо вот сегодня надо. Может, у меня немножко поживешь?
• Где? В кладовке?
• Сашка уехала на каникулы к моей маме, – обиженно засопела Нелька. – В ее комнате можешь пожить до осени.
• Комната подростка неприкосновенна, что ты за мать. А еще педагог.
• Да ну тебя, – Нелька махнула рукой.
• Чувствуешь, как пахнет? – вдруг спросила Ульяна. – Травой пахнет. Дачей. Детством.
• Да, трава здесь вымахала, конечно. Косить надо. Улька, ты не справишься.
• Я разберусь. Сейчас можно заказать бригаду, чтобы участок перекопали. Накопления у меня есть. Неплохие, наверное. Я эти пять лет, как Семен открыл частную клинику, на его деньги жила. Он считал мою зарплату развлечением. Так и говорил, чтобы откладывала на развлечения.
• Хороший ведь мужик, – вздохнула Нелька.
• Я тоже так думала. А оно вот что. Тяжело на душе.
• Да уж представляю.
• Даже не представляешь. Думала, этой Юленьке зубы передние вышибу, пусть ей потом Семен новые делает. Да куда мне. Она молодая, здоровая, как бы сама без зубов не осталась.
• А ты старая и больная, да? – фыркнула Нелька. – В сорок лет жизнь только начинается.
• Как это все объяснить Полине? Даже думать об этом не хочу. Разведемся – сообщу. А то учебу бросит, приедет мирить, уговаривать, не хочу.
• И ее можно понять. Двадцать лет ведь вместе. Не жалко?
• Жалко у пчелки в попке. Отстань, – отмахнулась Ульяна.
• Жестокая ты, – удивилась Нелька. – Я думала, рыдать будешь.
• Не дождетесь.
• Это у тебя стресс так сказывается.
• Возможно. Ладно. Ты поддержать меня хотела? На. Ведро подержи. Сейчас воду набирать пойдем. Полы помою, окна, пыль протру.
• Лучше бы в отеле пожила. А потом бы… Нет, ты правда собираешься с этим домом возиться?
• А почему нет? Это дом моих родителей. Не хочу его сносить. И продавать.
• Ну и наняла бы дизайнеров и строителей, пусть бы тут все в порядок приводили, а то сорвалась вот так сразу. Это же ваша общая квартира.
• Не хочу там оставаться.
• Ты ее делить не будешь, что ли?
• Думаю, Семен нам с дочерью ее оставит, у него дача. А там уж как Полина решит. В принципе, это ее квартира. Мне она не нужна.
• Да, Семен такую дачу отгрохал, элитный коттедж, лучше бы его вам оставил. И туалет там есть, и вода.
• И здесь все будет. Хватит ныть, поддержки от тебя, конечно… На колонку почапали, если не передумала.
• А колодец?
• Не люблю я колодцы. Да и прогуляться охота. Окрестности осмотреть.

---

Колонки на прежнем месте не оказалось. Там оказался новый и красивый дом за достаточно высоким забором.

• Ну, я не удивлена, – скептически изрекла Нелька. – Столько лет прошло. Смотри, как ваши дома рядом. Как пить дать, захотят расширяться.
• С чего ты взяла?
• А ты дом обойди. Обойди. У них забор с трех сторон. А к стороне твоего дома колышки только. Искали, наверное, кто хозяин дома, а тут ты.
• Может, забор еще поставить не успели.
• Ну-ну. Ой, смотри, машина сюда едет. Никак хозяева пожаловали.
• Тебе, Нелька, только сказки рассказывать.
• Жизнь, порой, удивительнее сказок. Ой, глянь, какой мужик, ничего такой, да?
• Нелька, заткнись. Я переживаю развод и предательство. Мне не до мужиков.
• А чего ты тогда стоишь тут, как приклеенная?
• Спрошу у этого мужика, где колонка, мне вода нужна.
• Ну-ну.
  Ульяна решительно не знала, с чего ее подруга приняла этого мужчину за “ничего такого”. Неприветливый. Даже головой не кивнул. Встал у своей машины, руки в карманах, и молчит. И Нелька, главное, молчит. А так ее не заткнешь. Подруга, называется.
  Мужчина, наконец, кашлянул.
• Надо чего? – поинтересовался.
• Ага, дров наколоть, – отозвалась Ульяна.
  Мужчина покачался с пятки на носок.
• Можно и наколоть. Вы не этого дома, случайно, хозяйка?
• Этого самого. Вообще-то, тут раньше колонка была. Мне вода нужна.
• Ну, извините. Можете у меня в колодце набрать.
• А других колонок тут нет?
• Давно уже нет.
• Ладно, к своему колодцу пойду.
• А что ж сразу к нему не пошли?
• Не люблю я колодцы, ясно?
• У тебя питьевая вода есть? – зашептала Нелька.
• Да уж не дура, взяла. Слушай, поезжай уже домой, только нервируешь.

---

Утром Ульяну разбудил поросячий визг. Как в детстве. Только в доме не пахло пирожками. Никто не ходил. Не хлопала дверь. Опять навернулись слезы. Вот дура, зачем сюда приехала? Это от стресса, наверное.
Но тут снова раздался визг. Так, откуда тут свинья?
А еще шаги. Ульяна слышала, как за окном кто-то ходил и шумел травой.
-Эй,кто тут? Я полицию вызову!

• Не бойтесь, это сосед. Мне нужно забрать у вас Гектора.
  Ульяна, как была в пижаме, вышла на крыльцо.
• Какой Гектор? Что вы мне голову морочите?
• Гектор! – не слушая сердитую Ульяну, крикнул мужчина вглубь заросшего огорода.
  Трава зашевелилась, раздалось похрюкивание, а затем из зарослей показался поросячий пятачок.
• Гектор, не бойся, выходи, пойдем домой, дурачок.
  Поросенок выбрался из травы и опасливо обошел Ульяну. Он был небольшой и черный. Ульяна таких никогда не видела.
• Породистый?
• Честно говоря, я в поросятах совершенно не разбираюсь.
• Зачем же вам поросенок?
• Он не мой. Забрел как-то ко мне на участок и обосновался в сарае. Я весь поселок объездил, никто никаких поросят не ищет. Да и привязался я к нему, честно говоря. Не очень старался искать. Гектор – друг. А вдруг его зарезать хотели, он сбежал, а я его обратно верну?
• Как вы очутились в поселке с таким мышлением?
• С каким? – обиделся мужчина. – Здесь природа, свежий воздух, тихо, спокойно, город рядом. Вы тоже, смотрю, не деревенская.
• С чего вы взяли?
• Во-первых, я за три года вас тут впервые вижу, во – вторых, у вас огород травой зарос. А еще вы красивая.
• Так, мужчина, – вспыхнула Ульяна, – Давайте обойдемся без этого всего. У меня развод через неделю, у меня стресс. И психоз. Я и покалечить могу. Вообще-то, я здесь выросла, здесь тогда у всех поросята были. Прекратите так смотреть на мои руки. Я топором из сосны могу березу вырубить.
• Гектор, пойдем, нам тут опасно. Только вы не очень-то психуйте, пожалуйста. Я еще забор поставить не успел, в Гектору ваша трава очень уж нравится.
• Детей и животных не обижаю. До свидания.

---

На следующее утро Ульяну разбудил собачий скулеж. Безобразие. То свиньи, то соседи, то собаки, а она, может быть, сюда приехала, чтобы наедине побыть и разобраться с мыслями.
Вчера за весь день так ничего и не сделала. Шаталась по окрестностям и в местный супермаркет зашла. Даже не вызвала никого, чтобы участок перекопали. Ну, перекопают его, и что? Пусть уж лучше трава растет.
Скулеж повторился прямо под окном. Ульяна вздохнула, вышла на крыльцо, увидела щенка.

---

Сосед долго не открывал ворота, Ульяна уже начала нервничать. Наконец, щелкнул замок и заспанный сосед предстал перед ее взором. На нем была пижама, почти как на Ульяне. Рядом похрюкивал Гектор.

• Это ваш щенок? – в нетерпении спросила Ульяна.
• С чего вы взяли?
• У вас забора нет, поросята к вам забредают, может, и собаки тоже.
• А вы не хотите себе щенка оставить? В частном доме собака нужна. Я как раз на неделе собирался в собачий приют ехать.
• У меня никогда не было собаки. А вы даже с поросенком разобрались.
• Ну, что ж. Буду считать это вашим соседским подарком. Спасибо. А хотите, имя ему придумайте.
• Ну, пусть будет Арс. Красиво.
• Только не Арс. Меня Арсений зовут. Нехорошо как-то звать свою собаку своим же именем.
• Тогда пусть будет Чук. Гек у вас уже есть. У ваших ног хрюкает.
• Чук и Гек? Чудесно! Спасибо вам еще раз! А вас как зовут?
• Ульяна.
• Красиво имя.
• Ну, я пойду, – нерешительно сказала Ульяна, оставаясь на месте.
  Уходить не хотелось. Тут и поросенок, и щенок, а у нее – тоска и воспоминания.
• Уйти вы всегда успеете. Давайте займемся щенком. Я научу вас обращаться с собаками. А там и своего пса заведете. Будет дом ваш охранять, – предложил сосед, заметив замешательство Ульяны.
  А он действительно ничего такой, как говорила Нелька. А Нелька фигни не скажет. Вот говорила же она ей, что не стоит выходить замуж за человека с фамилией Горемычко, а то горя намыкается. Как в воду глядела.
  А Ульяне фамилия показалась забавной. Вот и забавляется теперь в доме без воды и с туалетом на улице. Ульяна почесала коленку. Сейчас бы в душ.
• А что у вас тут? Пижамная вечеринка? – вдруг услышала Ульяна голос мужа Семена.

---

• Знакомьтесь, – вздохнула Ульяна. – Семен, это Арсений. Арсений, это Семен. Мой муж. В перспективе – бывший. Ты зачем сюда? И как меня нашел?
• А что тут искать? А у тебя калитка нараспашку. И дверь в доме. А затем я здесь, что хотел спросить, не передумала ли ты разводиться. Но вижу, что нет. А еще сцены мне разыгрывала, сама тоже, да? И давно это у вас?
• Давно, – вдруг серьезно сказал Арсений. – Ульяна не хотела вас расстраивать. Но раз уж все так получилось… Какого числа у вас развод? Мы в этот день и поженимся, да, милая?
  Ульяна икнула и решила держать нейтралитет.
• Ясно, – протянул Семен. – Дочь тут ко мне наведывалась. Думала, дача пустая. С парнем приехала. Ты с дочерью поговори. Она, наверное, звонит тебе. А ты тут красуешься.
  Семен махнул рукой и вышел за ворота. Ульяна вопросительно посмотрела на соседа.
• И зачем вы так?
• А как еще? У вас дом старый. Ни воды, ни газа, туалет на улице, вы же постоянно ко мне бегать будете. И всех уличных животных ко мне перетаскаете. Так что давайте сразу. Переезжайте ко мне. Все равно мне от вас не избавиться. Я, кстати, не против. Мы с женой давно развелись. Одному скучно. А случайные женщины мне не нужны. Вы соглашайтесь. Детей рожать не будем. Нам животных хватит. У вас дочь уже есть. У меня их целых две. Так что поживем в свое удовольствие. И дом я ваш перестрою. Вам, наверное, там тоскливо. И, может, начнем на “ты”?
• Мужчина, вы в своем уме? Откуда я знаю, может, вы маньяк. Не приближайтесь ко мне. Я переживаю развод и предательство. Я вас предупредила.

---

Через год они поженились и завели кота.
Автор : Орешниковая Соня

Женский Журнал

Первоисточник : Женский Журнал

Mustafa Müseyiboğlu adına kitabxana

“ƏDƏBİ OVQAT” JURNALI PDF

“YAZARLAR”  JURNALI PDF

“ULDUZ” JURNALI PDF

“XƏZAN”JURNALI PDF

WWW.KİTABEVİM.AZ

YAZARLAR.AZ

===============================================

<<<< WWW.YAZARLAR.AZ və  WWW.USTAC.AZ >>>> 

Əlaqə: Tel: (+994) 70-390-39-93   E-mail: zauryazar@mail.ru

Жена-слониха

— Сиди дома и не отсвечивай, я сам схожу на эту праздничную вечеринку!

— Коля, ну что ты несешь? Нас пригласили обоих. Как я останусь, если это мои давние друзья? — всхлипнула Ирина. — Они могут обидеться, зачем мне портить с ними отношения? Cкажи?

— А что делать, если ты так раскабанела? Вот только стоило на тебе жениться! За собой совсем не следишь! Сколько раз тебе говорил, что мне стыдно с тобой в гости ходить. Такая толстая, что просто ужас!

— Любимый не злись. Ты же знаешь, что роды у меня были трудными, да и потом осложнения за осложнениями. Я стараюсь войти в форму…

— Издеваешься? Славику уже почти четыре года, а ты не только не похудела, но и прибавила еще с десяток килограмм! Пока не станешь такой, как прежде, даже не мечтай о совместном отпуске или выходах в свет. Знаешь, как я злюсь, когда друзья ухмыляются, а их девчонки шепчутся, что у меня жена слониха?

— Давай тогда сходим в ресторан, посидим вдвоем, отдохнем. Мы с тобой уже давно в ресторанах не были, да и нас там не знают, шептаться не будут, — без особой надежды произнесла Ирина.

— И что? Все будут думать, что я со своей мамой пришел или старшей сестрой. Ты же выглядишь лет на сорок, не меньше! Такая баба разухабистая, словно рыночная торговка! Все, хватит мне тут перед тобой распинаться, надоело! Я ухожу, рано не жди, мне надо отдохнуть от твоего нытья!

Когда дверь за мужем захлопнулась, Ирина дала волю чувствам. Как же так получилось, что из изящной девчушки, по которой вздыхали многие ребята в округе, она превратилась в тяжелое и неуклюжее существо? Причин для этого оказалось много… Но главное ― стрессы и нервотрепки, которые ей приходилось переживать постоянно.

---

Ирина была у мамы единственным ребенком. Мама ― Варвара ― растила дочку с любовью, очень чутко относилась к ее проблемам и не скрывала от нее свое неудачное замужество, а по факту, просто сожительство. Будущий папа Антон приехал в их городок на преддипломную практику и познакомился на работе с юной Варенькой. Через неделю они уже жили вместе.

Несмотря на клятвы и заверения в вечной любви, ничего не помешало новоявленному Дон Жуану бросить возлюбленную и скрыться в тумане. Варя его не преследовала, не умоляла взять ее с собой, даже не сказала, что ждет ребенка. А зачем ему все это? Как говорится, большому кораблю — большое плавание. Сама во всем виновата, пошла наперекор воле матери, пытавшейся уберечь дочь от ошибок, не послушалась ее советов, вот и накликала беду.

— Мама, — часто просила Варя Софию Евгеньевну,— посиди с Иришкой, я к Тоне схожу на полчасика, узнаю, как она там живет, в большом городе. Тоня на выходные приехала, меня в гости зовет. Скоро она сюда насовсем переедет, так нам будет проще встречаться.

— А что тебе мешает с ребенком пойти? Коляска же есть!

— Так Ира вдруг еще плакать начнет или пеленки менять придется.

— Понятно, иди, присмотрю за малышкой. Но постарайся там не задерживаться!

Софии Евгеньевне было очень жаль свою наивную и доверчивую дочку, попавшую в сети опытного ловеласа. Только виду она не показывала, играла роль строгой матери, осуждающей неудачную попытку совсем юной девушки создать семью. Но что случилось, того уже не изменишь. Внучку Софья Евгеньевна полюбила всем сердцем и часто сидела с ней по ночам, подменяя уставшую за день Варю. Еще полностью взяла на себя все расходы, связанные с рождением ребенка, кормила и поила увеличившееся семейство, но никогда не говорила об этом и не укоряла дочь.

Но спустя годы жизнь приготовила для этой семьи еще одно испытание. Однажды, жарким летним днем на пляже произошла беда — перевернулась лодка с людьми. Спасти удалось не всех, среди погибших оказалась и Варя. На борту не было ни одного мужчины, никто из женщин не умел плавать, все растерялись. Подруги просто решили расслабиться, прокатиться, поболтать руками в воде, чтобы охладиться. Видно на беду кто-то наклонился сильнее, чем нужно, лодка сильно качнулась, ну а дальше началась суматоха и паника. Все произошло настолько быстро, что спасатели вытащили только двоих, остальных искали с баграми и водолазами.

Так Иринка осталась без матери. И случилось несчастье как раз перед выпускными экзаменами. Наперекор судьбе Ире пойти не удалось, оценки в аттестате оказались ниже ожидаемых. ЕГЭ тоже не порадовало.

Вскоре Иру позвали работать в кафе, чистеньком и аккуратном, без пьяных рож по вечерам и поединков без правил. Хозяйка заведения в этом отношении была очень строгой, свое мнение отстаивала с помощью меню и охранников. Там Ира и познакомилась с Николаем. Харизматичному и уверенному в себе парню запала в душу скромная и симпатичная официантка. Вопреки ожиданиям, она не отзывалась на его комплименты и ухаживания, сразу уходила из зала. Однако Николай был очень настойчив.

— Солнышко, да что же ты от меня убегаешь все время, — приговаривал он, придерживая ее за руку. — Ты мне нравишься, серьезно, без всяких шуток. Посмотри на меня, неужели не подхожу? Или, может быть, у тебя есть кто? Скажи мне, и я отстану. Но смотри, не просчитайся. У меня высшее образование, работаю инженером на заводе, своя квартира. Выходи за меня и будешь жить припеваючи!

— Нет у меня никого, но и тебя я совсем не знаю. Так сразу решить не могу, нужно подумать.

— Так давай я тебя после работы буду встречать, домой провожать. Может, когда-нибудь отважишься со мной в кино сходить или на пляж? Вон жара какая этим летом!

— Нет, я на пляж не хожу, даже не предлагай, а вот фильм посмотреть я не против.

Вскоре они поженились. Бабушка не противилась: уж очень серьезным человеком показался ей Николай. Но сразу же после свадьбы Ирина поняла, что ее муж довольно серьезно давит на нее, с мнением не считается и ни в чем себя не ограничивает.

— Коля, почему ты меня даже не предупреждаешь, что задержишься на работе или пойдешь с друзьями в кафе? Я жду тебя каждую минуту, готовлю ужин. А когда ты приходишь домой ― уже все остыло, есть ты совсем не хочешь, да еще ругаешься, что я зря продукты перевожу.

— Значит, так получается, перестань меня донимать, — Николай ухмыльнулся. — Конфетно-букетный период в наших отношениях закончился, ты моя жена, значит, должна во всем меня слушаться. Я в этой семье добытчик, жилье тоже мое, а тебе, дорогая, козырнуть даже нечем. Вот если бы ты мне сына родила ― тогда другое дело, я ради вас обоих бы расстарался, на руках бы носил.

…И только спустя время Ирина поняла, что рождение ребенка ничего не изменило в их отношениях, даже стало еще хуже. Муж порой приходил под утро, на вопросы заплаканной жены отвечать не желал и делал все, чтобы она чувствовала, что живет у него нахлебницей, иждивенкой. К сыну Николай не питал особых родительских чувств — постоянно жаловался, что он орет по ночам, не даёт спать.

— Пусть только подрастет немного, вот тогда я им займусь, — в который раз обещал Николай жене. — А пока присматривай за ним сама. Я его даже на руки взять боюсь, вдруг что-нибудь не так сделаю, придавлю ненароком или упущу, не дай бог.

— Ты, Николай, к Славику почти не подходишь. А я уже и не помню, когда мы с тобой вечером вместе ужин готовили или куда-то ходили.

— А куда с тобой ходить? Ты с ребенком сидеть дома должна, да в поликлинике раз в месяц бывать. Вот и все твои дела. Это я, как каторжный, работаю, стараюсь, чтобы вы ни в чем не нуждались. Видишь, какой я худой? Зато тебя прет во все стороны! От безделья все это!

Ирину сильно тревожили ссоры с мужем. Она понимала, что семья распадается, да и была ли она? Каждый живет сам по себе, в одиночку переживает собственные взлеты и падения. К чему это может привести ― она даже боялась подумать.

И вот, через пару лет, произошло то, чего Ира так ждала и боялась. Во дворе к ней подошла невысокая худенькая женщина, в которой Ирина с трудом узнала тетю Тоню, мамину близкую подругу. В тот страшный летний день она оказалась среди спасенных. Антонина присела к ней на лавочку, послала воздушный поцелуйчик лихо скатывающемуся с горки Славе и тяжело вздохнула.

— Иришка, а я к тебе не просто так, а с дурными вестями. Можешь на меня обижаться, что я лезу не в свое дело, но я тебе все скажу, иначе мне покойная Варя этого не простит. Ну не могу я молчать, когда твой муженек с молоденькими девочками любовь крутит, а ты дома сидишь и ничего не знаешь. Слухи разные ходят, да я и сама несколько раз видела, как он с одной длинноногой кралей из ресторана в обнимку выходил, в машину ее усаживал. Одноклассница у меня в сауне работает, тоже много чего рассказывает про Николая.

— Что же мне делать, тетя Тоня?

— У тебя сын. Подумай хорошо, может, есть возможность спасти семью? А если нет ― тогда не тяни время, тебе только хуже будет. Только не говори, что это я тебе рассказала, пожалуйста. А то у меня муж вместе с Николаем работает, боюсь, что отомстить захочет.

Ира и раньше догадывалась, что Николай не просто так где-то пропадает по ночам. А теперь мысли подтвердились. Поздним вечером Ира сидела в комнате и напряженно думала. Рядом сладко посапывал Славик. Ему завтра в детский сад, пусть спит. Ирина решила, что теперь она точно возьмется за себя и не будет страдать из-за эгоизма супруга, все равно она ему не нужна, полная или худая. На его родителей надежда слабая. Видела Ира их лишь один раз, на свадьбе. Остальное общение — звонки и переписка, хотя живут неподалеку, в соседнем городе. К ним в гости муж ее так и не свозил, хотя одно время собирался.

— Ира, ты чего сидишь в темноте? — муж тихо открыл входную дверь, снял обувь и заглянул в детскую комнату. — Славик уснул?

— Да, — сдержанно ответила она. — Сейчас подойду, покормлю.

— Поскорее, я есть хочу! Мне побольше мяса, пожалуйста! — Николай заинтересованно заглянул в тарелку. — Да не жмись, смотри еще сколько!

— Я тоже еще не ела, тебя ждала, только Славика покормила. Мне мяса не надо, что ли?

— Ты поешь, что останется. Вон бульона еще сколько, картошки полно. Ты женщина, тебе хватит!

— И так всегда, — подвела итог Ира. — Ни мяса, ни рыбы не вижу.

— Ты еще скажи, что я тебя голодом морю! — повысил голос муж. — Никто не поверит, потому что ты вон какая жирная!

— Так сижу на одних бутербродах, — вздохнула Ирина. — Хлеб с маслом, хлеб с вареньем, булочки, печенье и так далее, все, что подешевле.

— Да как же ты уже мне надоела! Иди отсюда, дай поесть спокойно! — Николай громко хлопнул ладонью по столу. — Убирайся, пока я добрый!

Это была последняя капля. Ирина развернулась и молча ушла. Разговаривать с мужем ей уже не хотелось. Любовь давно исчезла, с ним ее больше ничего не связывало. А значит, она будет действовать в своих интересах.

---

В детстве Ирина хорошо рисовала и даже закончила художественную школу. Нашелся графический планшет, подаренный когда-то бабушкой, Софией Евгеньевной. Все, можно приступать к работе, осваивать программы и учиться зарабатывать на своем творчестве. Теперь жизнь у Ирины ускорилась. Она поняла, что может вырваться из замкнутого круга. Муж не давал ей работать, хотел, чтобы она полностью зависела от него, так ему было легче диктовать свои условия. Но он сильно ошибался на ее счет.

Ирина стала много ходить пешком, отводила сына в садик, покупала в магазине продукты на те небольшие деньги, которые ей давал Николай, а потом занималась домашней работой. В свободное время рисовала, изучала способы продажи своих работ. И, в конце концов, у нее начало получаться. Ира уже хотела сообщить неверному супругу, что его время закончилось и она уходит от него. Но тут случилось непредвиденное.

— Ира, послушай, — раздался в трубке взволнованный тетин Тонин голос. — Мой говорит, что Николай на машине в отбойник влетел. А еще у него в салоне была эта девчонка длинноногая, из-за нее вроде бы все и произошло!

— Ой, а где он сейчас?

— В больнице, кажется, в реанимации. Ей только ноги переломало, а твоему мужу больше досталось. Что делать-то будешь? Если надумаешь уходить от Николая, мы с Иваном подъедем, поможем тебе вещи к Софии Евгеньевне перевезти.

— А можно прямо сейчас? Я не хочу здесь больше оставаться!

— Конечно, милая, у нас машина возле дома стоит, минут через десять жди!

Так Ирина с сыном оказались у бабушки. Ира стала работать кассиром в ближайшем магазине, а по вечерам рисовала для души и для дополнительного заработка. Наконец-то она сама могла распоряжаться деньгами. Ее образ жизни кардинально изменился. Длительные пешие прогулки, изменения рациона — Ира стала есть больше овощей и мяса ― привели к тому, что она похудела. Не так как хотелось бы, сразу килограммов на пятнадцать за месяц, нет, но процесс пошел. И теперь она выглядела великолепно.

А супруг-тиран надолго залег в больницу. Он много раз звонил Ирине, но она не брала трубку, а потом вообще сменила номер. Приехала мать Николая, продала квартиру и выделила невестке с внуком немного денег, с условием, чтобы она не подавала пока на алименты. На них Ира купила себе годовой абонемент в спортзал, а оставшееся пустила на рекламу своих картин в соцсетях. Они уже начинали приносить неплохой доход, и хоть ей и сыпались в личку обвинения в бесчувственности от тех, кто знал всю историю, Ира старалась не обращать на них внимания и знала, что выбирать себя ― это самое правильное.

Первоисточник : Женский Журнал

Mustafa Müseyiboğlu adına kitabxana

“ƏDƏBİ OVQAT” JURNALI PDF

“YAZARLAR”  JURNALI PDF

“ULDUZ” JURNALI PDF

“XƏZAN”JURNALI PDF

WWW.KİTABEVİM.AZ

YAZARLAR.AZ

===============================================

<<<< WWW.YAZARLAR.AZ və  WWW.USTAC.AZ >>>> 

Əlaqə: Tel: (+994) 70-390-39-93   E-mail: zauryazar@mail.ru